Снайперский удар

Кеннет обернулся и посмотрел на сидящего у него за спиной снайпера. Несколько мгновений он смотрел парню в глаза, и мальчишка, выдержав этот взгляд, глумливо спросил:

– Не забрызгало, американец?

– Нет, – ответил «партнер». – Мы находились далеко, но ваши два промаха я слышал. Тем не менее вы сделали очень хороший выстрел. Мы не думали, что у русских есть снайперы такой высокой квалификации. Слишком уж большая дальность. Вынужден буду огорчить наше командование.

– Что, Буш? – Барченко снова влез в разговор.

– Я бы мог и их завалить, – огрызнулся Бушуев. – Если бы они так подло не спрятались.

Кеннет отвернулся от Артема и сказал:

– Это война. На ней все возможно.

– Но мы не такие, как Крис Кайл, – вдруг сказал Паша. – Мы не убиваем мирное население.

Кеннет с удивлением посмотрел на Шабалина.

– Вы знакомы со снайпером Крисом Кайлом?

– Только с историей его военных преступлений.

– Его история не так однозначна, – сказал Кеннет.

– Зато убийства ради проверки прицела – факт однозначный, – возразил Шабалин.

Американцев сдали в штаб группировки, после чего Паша сел за написание подробного рапорта по первому боевому применению своего подразделения – для этого Барченко пристроил его за столом в своем кабинете и ушел общаться с задержанными американцами.

В своем рапорте Шабалин набросал схему работы «тяжелой» пары с семнадцатого опорного пункта, потом накидал схему поездок «за линию фронта», отметил отличившихся и подробно расписал обстоятельства задержания военнослужащих США – там вроде бы не было никакого криминала, и можно было излагать не согласованную версию, а писать то, что было на самом деле.

Вернувшись на базу, он вдруг почувствовал, как сильно устал за прошедший день. Стянув с себя бронежилет и ботинки, прежде чем пойти под душ, он вытянулся на койке, дав себе пять минут на расслабление.

– Сегодня я убил несколько человек. – Паша вслух озвучил навязчивую мысль. – Не сам, конечно, но приложил к этому усилие.

Перед глазами у него стояли фрагменты тел боевиков, которые он увидел в месте бомбардировки. Кто они? Духи? Или американцы? В точно такой же форме. Впрочем, какая разница – и те, и эти – враги, против которых он ведет сейчас войну. И по большому счету, национальная или организационная принадлежность врага не играет на поле боя никакой роли. Если бы американцы не залегли, Артем бы продолжил стрельбу.