Снайперский удар

Потом сфотографировали пулеметное гнездо, минное поле, позицию артиллерии, отдельно стоящие БМП и несколько видов предгорья.

– Все это разместите по тексту доклада, между таблиц с расчетами и графиками, – подсказал Громов. – И будет замечательно.

Допив чай, полковники ушли.

– Это операторы из оперативного управления Генерального штаба, – сообщил Ерофеев. – Говорят, они в уме могут рассчитывать армейские и даже фронтовые операции, так что им твой элеваторный замес – легкая разминка.

– Да они там буквально все рассчитали, – развел руками Паша.

 – Чуть ли не сколько раз каждый боевик ушами успеет хлопнуть, пока в него пули лететь будут.

– Ну, работа у них такая, – ответил Толя. – Зато и зарплата не чета нашей.

Офицеры повздыхали, посетовали на жизнь. Вечером Паша представил Сомову свой доклад. Генерал предложил поменять местами несколько фотографий, после чего разрешил передавать доклад в штаб группировки.

– Операторы мне очень помогли, – признался Шабалин. – Не знаю, чего бы я без них делал.

– Это тебе их боги прислали, – усмехнулся дядя Леша. – Правильные боги.

В день, предшествующий решающему наступлению, Шабалин со своей тактической группой, состоящей из шести снайперов, пяти спецназовцев и двух ракетчиков, снова расположился на пригорке, с которого «убивали» танк. Разведывательный пост, который все это время оставался там, последние пару дней перестал фиксировать перемещения врага практически на всю глубину наблюдения – чуть ли не вплоть до окраин Эс-Сухнэ.

И тут Паше в голову пришла смелая мысль – внезапным ночным набегом овладеть линией окопов, которую они наблюдали сверху все это время.

– Я бы не советовал, – сказал Ерофеев. – Вон как пикап подлетел на мине. Уверен: там и противопехотных мин полно. Не, ноги еще на пэфээмках поотрывает, потом всю жизнь в каталке проводить что-то мне неохота.

Паша еще какое-то время подергался, но потом успокоился. Ночью посменно вели наблюдение, для чего даже использовали радиолокационную станцию, но перемещений врага не обнаружили.

Спали тоже посменно – на карематах, брошенных прямо на землю. С утра началось движение – из тыла на исходные рубежи атаки стали выползать танки и БМП садыков. Артиллерия нанесла огневое поражение назначенных целей, и атака началась. В течение часа танковая рота и батальон мотопехоты продвинулись вперед на три километра, вплотную приблизившись к окраинам Эс-Сухнэ.