Снайперский удар

 – Прошу нас не оставлять без внимания.

– Ты только на себя огонь не вызывай, – предостерег Цунами. – Не хочу своими руками друга убивать.

– А ты и знать не будешь, куда стреляешь, – с циничной усмешкой сказал Барченко. – В блохастых или в меня.

– Вернешься, – сказал Ермаков, – я тебе за такие слова морду набью. А за генерала и пацанов они сейчас у меня там все ответят…

– Вернусь – набьешь! – согласился Чинар и, увидев появление на рубеже заградительного огня нескольких боевиков, скомандовал: – А теперь двадцать снарядов, залпами – огонь!

– Ну, принимай! – крикнул в эфир начарт.

В течение минуты пространство между двумя мостами превратилось в зону сплошного поражения: в облаках серо-желтой пыли и черного дыма мелькали вспышки разрывов, уничтожающие всех, кто оказался в это время за двумя подбитыми БМП и несколькими хилыми постройками.

– Хорошо зашло, – резюмировал Паша, наблюдая накрытие в бинокль.

На Барченко вышел Сомов и виноватым тоном, нехарактерным для него, спросил:

– Чинар, ты же понимаешь, что мы не можем оставить игиловцам останки наших товарищей…

– Товарищ генерал, я все понимаю, – бодро ответил Барченко.

– Тебе надо продержаться до подхода резервов. Мы их уже формируем.

– Будем держаться столько, сколько надо, – ответил подполковник.

Паша, услышавший разговор, побагровел: он уже думал об этом, но сейчас его мысли материализовались в полученный приказ – стоять насмерть, охраняя погибших.

Чинар посмотрел на Пашу:

– Вот и все, товарищ капитан Шабалин. Стоим до подхода резервов.

Или, говоря по-русски, стоим навсегда. Ибо резервов, которые смогли бы сюда дойти, в группировке, похоже, нет.

На четвертом этаже был большой стол, на котором расстелили отпечатанную на плоттере карту, на которой были нанесены задачи отряда и положение противника. Гранатами прижали края. Ни о каких взаимодействующих силах карта не говорила, так как положение своих войск наносить на карту запрещалось.

– Я буду рисовать по памяти, – сказал Чинар. – Итак, шестой отряд Колмыкова идет вот здесь.

Хезболла – здесь и здесь. КСИР – вот по этой дороге, потом сюда и сюда. С юга мы имеем батальон сирийцев где-то между нами и аэродромом, но они встали и воевать дальше не будут – у них обед. На аэродроме – десантная бригада, но они там уже год сидят, и думаю, что на рывок не способны. Хезболла им там в помощь, но помощи от них ждать не придется. Итого в активе мы имеем только Цунами и то количество снарядов, которое у него припасено на огневых позициях.