Снег на кедрах

Ему казалось, что если бы он читал что-нибудь менее легковесное, чем журналы и газеты, то и чувствовал бы себя лучше. Однако трудность заключалась в том, что он не мог сосредоточиться на серьезной литературе, как бы она ему ни нравилась. Не то чтобы он скучал над «Войной и миром», просто он не мог сосредоточиться на книге. Еще одна потеря заключалась в том, что одним глазом он видел только половину окружающего мира, а чтение вызывало приступ неврастении и сильную пульсацию в висках. Да и соображать он, как казалось ему, стал туговато, хотя тут уже трудно было судить наверняка.

Нельс завел большие пальцы за подтяжки и посмотрел на Сьюзен Мари, старательно изображая собственную отстраненность.

– Миссис Хайнэ, – обратился он к ней. – Правда ли, что девятого сентября, в четверг, подсудимый, сидящий в этом зале, появился на пороге вашего дома? Я вас правильно понял?

– Да, мистер Гудмундсон.

– И он хотел переговорить с вашим мужем?

– Да.

– Значит, они вышли поговорить на улицу? А дома, выходит, не говорили?

– Именно, – подтвердила Сьюзен Мари. – Они вышли и минут тридцать – сорок ходили по участку.

– Понятно, – сказал Нельс. – А вас с ними не было?

– Нет, – ответила Сьюзен Мари.

– Вы слышали, о чем они говорили?

– Нет.

– То есть вы не располагаете достоверными сведениями о предмете их беседы?

– Я знаю только то, что рассказал мне сам Карл, – ответила Сьюзен Мари. – Нет, сама я их разговор не слышала.

– Благодарю вас за разъяснения, – ответил Нельс. – Потому как это-то меня и беспокоит. То, что вы свидетельствовали о содержании разговора, из которого не слышали ни слова.

Нельс ущипнул себя за складки кожи под подбородком; здоровым глазом он глянул на судью. Судья слушал, подперев голову рукой; он зевнул и посмотрел на адвоката взглядом, демонстрировавшим беспристрастность.

– Что ж, – продолжил Нельс, – давайте подведем итог, миссис Хайнэ. Значит, ваш муж и подсудимый вышли поговорить, в то время как вы остались в доме.

– Да.

– А минут через тридцать – сорок ваш муж вернулся?

– Да.

– И вы спросили его, о чем тот говорил с подсудимым?

– Да.

– А он, значит, рассказал, что речь шла о спорном участке земли. Той самой, которую ваша свекровь продала Уле Юргенсену больше десяти лет назад. Той самой, на которой стоял дом, где подсудимый жил в детстве. Я правильно излагаю, миссис Хайнэ?

– Да, – ответила Сьюзен Мари. – Да, правильно.