Снег на кедрах

Капитан Содерланд поглаживал свою бороду; Джосайя утирал пивную пену с усов и свойски хлопал собеседника по плечу.

Теперь Джосайя, готовый дать показания, сложил руки на бочкоподобной груди, зажав капитанскую фуражку между пальцев и выставив двойной подбородок в сторону Нельса Гудмундсона, который стоял в нерешительности и моргал.

– Мистер Гилландерс, – наконец обратился к нему Нельс, – как долго вы состоите председателем общества рыбаков Сан-Пьедро?

– Да уж одиннадцать лет, – ответил Джосайя.

– Лососем промышляете?

– Им самым. По большей части.

– На шхуне с жаберными сетями? Тридцать лет?

– Именно так. Тридцать лет.

– У вас ведь «Элиза», так? – уточнил Нельс. – Один ходите или с напарником?

– С напарником? – Джосайя покачал головой. – Нет, я работаю один. Одному как-то сподручнее.

– Мистер Гилландерс, – обратился к нему Нельс, – случалось ли вам за тридцать лет рыболовного промысла подниматься на борт чужого судна? Бывало ли так, чтобы в открытом море вы пришвартовались к шхуне другого рыбака?

– Да нет, никогда.

– Раз пять-шесть… – повторил Нельс. – А причину не вспомните? С какой целью вы пришвартовывались к чужой шхуне? Постарайтесь вспомнить, это важно для суда.

Джосайя снова расправил усы; он всегда так делал, когда думал."

"– Ну, если в общем, то… каждый раз у кого-нибудь что-нибудь да ломалось. Раз у одного случились нелады с двигателем, что-то у него там не фурычило – пришлось помочь. Или… А, вот еще, вспомнил! Один парень бедро сломал – такое тоже было. Поднялся тогда к нему на борт. Одним словом, на борт к другому поднимаешься только в крайнем случае.

– Если помощь кому требуется… – повторил Нельс. – А скажите, мистер Гилландерс, за тридцать лет случалось вам подниматься на борт чужого судна по какой-либо иной причине? Кроме как для оказания помощи?

– Никогда, – ответил Джосайя. – Понимаете, какая штука – сам рыбачь и другим не мешай. У всех есть чем заняться.

– Понятно, – ответил Нельс.