— Ой, — Настя испуганно прикрывает рот ладошкой.
— Ты будешь под защитой, не переживай, — подмигиваю ей. — Собирайся. Пять минут у тебя.
— Хорошо!
Она пулей убегает в другую комнату. А мы так и стоим с Мишей в прихожей, пытаясь просверлить взглядами дырки друг в друге.
Снекурка выходит ко мне в джинсиках и с небольшим стареньким рюкзачком. Надевает пуховик с капюшоном, подходит к Мише, трогательно берёт его за руки. Меня сейчас стошнит! Отворачиваюсь, чтобы этого действительно не случилось.
— Ты ему всё-всё расскажи, — шепчет она своему недожениху.
— Он очень хороший опер. Он нам поможет. Больше некому.
— За зарядкой следи, — просит её Миша.
— Обязательно, — обещает она.
Ну вы ещё поцелуйтесь при мне!
Нет, слава яйцам! Обувает повидавшие жизнь сапожки, достаёт варежки с полочки, забирает у меня ключи. Показываю, куда нажать, чтобы снять машину с сигнализации, объясняю, как открыть.
— Иди, а мы пообщаемся, — подталкиваю её в спину.
Как только дверь за Настенькой закрывается, во мне просыпается хладнокровный мент.
— Ну, — складываю руки на груди, глядя на Мишу сверху вниз, — вещай. Только очень советую сказать сразу правду. У меня в башке встроенный детектор. Нам всем при поступлении на службу вживляют. Слышал?
Миша отчего-то дёргается. Смешной...
Вкратце льёт мне в уши «чудесную» историю про нападение на пьяного него при выходе из такси. И все деньги забрали, а мобильник оставили.
— Как так? — интересуюсь у парня.
— Не нашли, наверное. Я не помню. Говорю же, пьяный был сильно, — повторяет уже раз в пятый.
— Ну ясно, ясно... — ухмыляюсь, а его передёргивает. — Из города не уезжать. Никому о случившемся не распространяться. Лучше ещё и из дома не выходить, а то вдруг сосулька на голову упадёт. А мне потом вместо грабежа убийство разгребай.
— Почему убийство? — глаза у Миши становятся огромными.
— Так надо ж будет выяснять, сама сосулька тебе на башку упала или скинул кто. Может, грабители на новый уровень перешли и решили начать с тебя?
— Не смешно, — фыркает он.
— Да я вроде и не смеюсь, — пожимаю плечами. — Ты, кстати, в больничку-то заезжал? Что там с твоим бешенством?
— Да пошёл ты! — цедит сквозь зубы. — Настю мою пальцем тронешь, я тебя...
— Я, пожалуй, действительно пойду. Позже с опергруппой вернусь. Будем разбираться, что тут произошло.
— А «позже» — это когда? — спрашивает Миша.
— Позже — это позже. Или ты думаешь, у меня дел перед Новым годом мало?
Сваливаю из квартиры. Спускаюсь к машине.
