"Снегурка для опера Морозова
Анна Бигси, Екатерина Аверина
Глава 1. Анастасия
Предновогодняя суета заполнила улицы мегаполиса. Повсюду мигающие вывески и переливающиеся гирлянды, созданные, чтобы поддерживать атмосферу праздника и волшебства. А мне совсем не до всеобщего веселья.
— Мишенька, вставай, — умоляю и пытаюсь поднять с лавочки тело жениха, переодетое в костюм Деда Мороза. — У нас ещё один адрес остался.
— Не мо-гу, — он икает и пьяно качает головой, а я готова разрыдаться от обиды.
У аниматоров сейчас самая жаркая пора.
По десятку заказов в день на поздравление от Деда Мороза и Снегурочки. И надо было напарнику свалиться с температурой!
— Ну пожалуйста, — всхлипываю и тяну Мишу наверх.
Ничего не получается. Он тяжёлый и очень пьяный.
— Всё. Я никуда не пойду, — небрежно отталкивает меня.
Не удерживаюсь на ногах, поскальзываюсь и приземляюсь попой на лёд. Больно и обидно до слёз. Но плакать нельзя, макияж потечёт, а у меня ещё один выезд.
Прячу лицо в ладонях и часто дышу, чтобы успокоиться.
Зачем я только просила его помочь? Но справедливости ради пять заказов Миша отработал…
Ну кого я обманываю? Не отработал, а отсидел за столом, пока я отдувалась за двоих. Но деньги всё равно получили, а они нам очень нужны. Мы копим на свадьбу.
— Что же делать? — тихо спрашиваю я. — Люди же ждут. Дениска расстроится…
— Да и хрен с ними, — отмахивается жених и хлопает себя по грудному карману. — Нам хватит
— В смысле «нам»? — округляю глаза и неуклюже поднимаюсь на ноги.
— Это вообще-то отдать надо. Наши только тридцать процентов. А ещё аренда костюмов и…
— Да ладно-ладно, — машет в мою сторону рукой. — Я же образно.
Всё это пустые разговоры. Смотрю на часы. Мы уже сильно опаздываем.
— Миша, вставай! Надо идти, — от обиды толкаю его в плечо.
— Иди одна, — вновь икает он и растирает лицо снегом. — Ты отлично справляешься.
Сокрушённо качаю головой. Если бы всё было так просто.
— Но они же Деда Мороза ждут! — в отчаянии топаю ногой и вновь качаюсь на каблуках.
Сапоги мне немного великоваты, но моего размера не было.
— Выкрутишься, — равнодушно дёргает плечами.
Господи, как можно быть таким безразличным?
— Как так можно, а? Зачем ты вообще пил?
— А зачем они наливали?
Слёзы всё же прорываются наружу и горячими дорожками струятся по озябшим щекам.
Всё понимаю, но успокоиться не получается. Внезапно становится так жалко себя. Такая я никчёмная и беспомощная. И даже поддержать некому.
