Снегурка в постель

— Тебе нужны слова? Просто, мать их, гребанные слова? — рычит он, а я не могу глаз оторвать от злого возбуждённого лица.

И киваю. Безотчетно. Не желая троллить. Просто… Да. Нужны слова. Гребанные слова.

— Хорошо… Так вот, Сашка… — он замолкает, смотрит на меня так, что я невольно ступни поджимаю.

Офигеть, как горячо. И, наверно, никаких слов мне уже не нужно от него… Но он говорит.

— Я тебя не люблю.

И, пока я медленно херею от происходящего, продолжает:

— Потому что то, что я к тебе испытываю, это вообще не любовь.

Это бешенство, дикость, желание сожрать тебя, каждую секунду. Каждую, гребанную секунду, понимаешь? Ты хоть понимаешь, насколько я схожу с ума? Насколько я ненормальным становлюсь рядом с тобой? Что я ни о чем думать не могу, когда ты рядом, только о тебе! Что я не представляю, как приду домой, а тебя там нет? Я даже, бля, не хочу такое представлять!

Я молчу, пораженная. Вообще никогда не думала, что у него настолько все… Настолько…

Как у меня.

— Я не знаю, что ты за наваждение, и когда это все началось, но, Снегурка, я не дам тебе это закончить, поняла? Ни за что.

Просто смирись с тем, что ты теперь со мной надолго.

— Надолго? — я хриплю, пытаясь воспроизвести звуки нормально. В правильном порядке.

— Не хотел пугать. Потому так и сказал. Но это не так. Не надолго. Навсегда, Снегурка. Навсегда.

Он выдыхает. Словно что-то настолько тяжелое тащил на себе, груз огромный. И теперь скинул.

— И вот знаешь, если ты сейчас мне скажешь, что ты не согласна, что ты не готова, что ты не любишь…

Боюсь, что это нихрена не поменяет ничего.

Понимаешь?

— Понимаю. И не скажу. Я тоже… Понимаешь? Тоже…

Мне не хватает сил, чтоб завершить, все кажется ненужным сейчас, после его слов. Которые меня нисколько не испугали, а лишь завели.

— Бляяяя… — выдыхает Вик, тянет меня к себе, пересаживает на колени, лицом к лицу.

Внутри сладко екает, потому что совсем недавно мы так занимались сексом. В машине. До дома не дотерпели.

Вик тоже, судя по всему, это вспоминает, потому что резко выдыхает, руки крепче сжимаются на талии.

— Давай до дома, малыш. Хочу тебя в постели. И вообще… Тебе можно?

Он кивает на живот.

— Можно. Только не слишком сильно.

— Черт…

Сжимает ладони еще крепче. Потом отпускает, ссаживает обратно на соседнее сиденье.

— Поехали тогда в загс. Чем быстрее оформим, тем лучше. Или ты свадьбу хочешь?

— Да нет, конечно… Какая свадьба… Да и твой отец… Не обрадуется, когда узнает про малыша…

Вик усмехается.