Снесу крышу. Дорого

То так скучно и требовало таких неподъемных усилий… Галина Петровна была персональным финсовым ДедЛайном Полякова, который, как Смерть Кощеева (то есть, игла в яйце), доставлял Пашке ежедневные неудобства. Но если бы не она, «Паллада» давно бы вылетела в трубу.

Пока Поляков шел к столу, его сознание перестраивалось, как всегда, когда бежать от задачи становилось некуда. Это был энергозатратный режим аврала, после которого Кощею был необходим полноценный отдых. Но зато в этом состоянии Пашка становился почти волшебником.

В любом другом понять бухгалтерские выкладки он был не в состоянии.

Разумеется, всю Пашкину кровь за полчаса Нагайна свернуть не успела. Экзекуция продлилась до конца рабочего дня. И даже дольше, хотя Кощей надеялся, что Галина Петровна чтит трудовой кодекс. Она чтила. Обычно. Не тогда, когда дорывалась до тела, крови и мозга директора. Когда Галина Петровна оставила его, Кощей чувствовал себя выжатым до состояния полотенца из центрифуги. С одной стороны, логика подсказывала, что если давать ей чаще (тело, кровь и мозг), главбухша не будет столь ожесточенно их сношать.

Но стоило Полякову представить сорок раз по разу, как идея «за раз все сорок раз» уже не столь ужасала.

Церебрально изнасилованный, Пашка пошел в спортзал, где персональный тренер загонял его до полуживого состояния. Для гармонии. Дома Полякова хватило сил только на душ и протеиновый коктейль. Даже на то, чтобы поставить будильник пораньше, не хватило. Ни сил, ни мозгов. Поэтому утром Кощей носился по квартире, как по раскаленной сковородке.

В самый час пик попал, в пробке простоял минут двадцать, на работу опоздал — всё из-за Галины Петровны! Хотя начальство не опаздывает. Начальство возвращается с важной утренней встречи.

Именно это и собирался заявить Кощей, когда в дверь тихонько постучали. Кто бы там ни был, он заявился в очень неподходящее время.

— Да! — рявкнул Поляков.

Дверь тихонько, без малейшего скрипа (что было на нее непохоже) отворилась, и на пороге обнаружилась… девчонка из кафе. Только теперь Пашка вспомнил о своих намерениях произвести хорошее впечатление.

— Здравствуйте, Павел Константинович, — вежливо произнесла девушка. — Я на собеседование, но если я не вовремя, то могу подойти в другое время.

— Нет-нет, — смутился Кощей. — Проходите, присаживайтесь.

— Благодарю вас, — она кивнула и подошла к столу.

Сегодня она тоже была одета в юбку. Немного короче той, в которой была позавчера. Блузка была с глухим воротом, но сквозь нее просвечивало белье.