Снесу крышу. Дорого

— Дарагой, ты смотри, куда летишь, — с кавказским акцентом обратился к нему урод, загораживая дорогу.

Девушка махнула рукой официантке и открыла дверь на выход.

— Извини, братан, — Пашка попытался обойти непредвиденное препятствие.

— Дарагой, падажди, — урод схватил его за плечо. — Разве можно так? Ты у себя дома, что ли?

— Извините, пожалуйста, я очень спешу, — исправился Пашка, переводя взгляд на урода.

— Ну, если спищишь, то, конечно, беги, дарагой! — урод показал жестом, что дорога свободна, но, как назло, стал натягивать свою куртку, перегораживая проход вытянутой рукой.

Чертыхнувшись, Пашка пустился в обход, но когда наконец выбежал на улицу, девушки и след простыл.

На обратном пути он заглянул в туалет, посмотрелся в зеркало, покрутил головой из стороны в сторону. Всё нормально. Всё на месте. Ничего лишнего.

…Тогда чего она на него пялилась?

Всё получилось прямо как по рецепту: возьмите долгий взгляд, смешайте его с тоской, плесните толику возбуждения и бросьте… в самый ответственный момент.

Только одно не давало Даше расслабиться, как обычно от хорошо выполненной работы. Когда они встретились взглядами за ее столиком, Дарья испытала странное чувство. Чувство узнавания, что ли. Нет, она совершенно точно не была с ним знакома раньше. У Несветаевой была феноменальная память на лица. И это было не так, как когда ты видишь человека, и вдруг сквозь незнакомое лицо проступают черты из прошлого. Это было, словно бежишь по городу и вдруг встречаешь волка из своей стаи. Или монстра из своего загончика.

Даша тряхнула головой, чтобы избавиться от навязчивого ощущения.

Просто она слишком много подглядывала за ним со стороны. И слишком мало спала. И пила слишком много зеленого чая.

Минут через десять после успешного бегства позвонил кавказец, которого подогнал заказчик. Сообщение он скинул, как договаривались, по условному знаку рукой. И, исходя из того, что Поляков ее не поймал, то и задержал его.

— Проблем не возникло? Всё прошло нормально? — спросила Дарья.

— Ка-акие пра-аблемы, красавца, — пропел мужик, скорее всего, азер. — Всё, как ты сказала. Он вскочил. Я нэ пустил. Он суетился. Потом побежаль. Стояль на улице задумчивый.

— Спасибо большое! Что я вам должна за обед?

— Зачем обижаешь, красавица?! — нараспев произнес «помощник». — Лучше поужинай со мной.