Снежить

Сердце вдруг забилось так громко, что он испугался, что не расслышит ответ.

– Знакомая, – сказал олигарх, а потом едва слышно добавил: – Может, два тела, а может, одно…

Сердце перестало биться, и от внезапно наступившей тишины зазвенело в ушах. Да, одно тело… девичье тело с лисьей головой, пришитой аккуратными, похожими на красное ожерелье стежками. Еще один тынзян… только изящнее, только опаснее…

А Вероника насторожилась, глянула на девочку-лисичку из-под полуопущенных век, очень внимательно глянула, словно увидела только сейчас.

Или только сейчас услышала что-то для себя важное. И Веселов, который, так же, как сам Ник, притворялся спящим, приоткрыл глаза. На мгновение во взгляде его полыхнул белый свет, точно молния. Ник это увидел, а Вероника почувствовала, отстранилась. Сначала Нику показалось, что это от испуга, вот только испуганной Вероника не выглядела, скорее – сосредоточенной.

– Покажи, – сказала она, поднырнула длинным пальцами под термоодеяло, потянула ворот веселовского свитера.

Теперь отшатнулся Веселов, словно обжегся, но и Вероника, и Ник успели заметить не только след от удавки на его шее.

Уже не только след…

Наверное, Веселов и сам это чувствовал, потому что усмехнулся кривоватой, обреченной какой-то усмешкой. Нику захотелось завыть в голос от безысходности. Он так надеялся, что то противостояние на базе было последним, что все закончилось – зло повержено, а наши победили.

Не победили наши… не до конца.

– Разберемся, – сказала Вероника решительно. Точно таким же тоном сказала, как когда-то Андрей.

Андрей тоже обещал Нику разобраться.

– Не лезь. – Веселов продолжал улыбаться, но это была такая… улыбка. Лучше бы отвернулся, всем было бы легче. – Не вмешивайся не в свое дело.

– Это мое дело. – Она совсем не обиделась на это пренебрежительное «не лезь» и тоже улыбнулась, а потом накрыла ладонь Веселова своей ладонью и спросила шепотом: – Как летается?

Ник не понял, о чем она, что за странный такой вопрос. Ник не понял, а Веселов вдруг скосил на Веронику взгляд и улыбнулся уже почти нормальной, почти человеческой улыбкой.

– Как семь бабок отходило, – сказал весело.

– Вот видишь. – Вероника удовлетворенно хмыкнула. – А это была всего лишь я одна.

– То есть ты будешь круче семи бабок? – Веселов отходил, оттаивал прямо на глазах.

– Однозначно. – Она кивнула, а потом добавила: – Да и ты сейчас не без способностей. Так уж вышло.

– И какие у меня способности?

Прежде чем ответить, Вероника наклонилась, погладила по голове Блэка.