Снежить

Значит, ненадолго ее хватило, только ногти зря испортила… – Снова поддушивает, – проговорил он с невеселой усмешкой. – Решил заглянуть к Чернову, вдруг можно как-то… медицинскими средствами.

По глазам, уставшим, налитым кровью от бессонницы, было видно, что не верил он в медицинские средства, но Вероника спорить не стала, просто шагнула к нему навстречу, подцепила удавку. Все равно маникюру кирдык, а то, что пальцев она потом сутки не будет чувствовать, так это ерунда. Кожу кольнуло, словно током. Прошлый раз казалось не так больно.

Она зажмурилась и потянула изо всех сил. Сил оставалось мало. Словно кто-то высасывал их из нее через коктейльную соломинку. Удавка ослабла. И Вероника ослабла тоже. Внезапно так ослабла, что подкосились ноги. Если бы не Веселов, она бы уселась на пол прямо тут, перед дверью. Но Веселов поймал, прижал к себе, уткнулся колючим подбородком в макушку, и сразу как-то полегчало. У него теперь тоже была сила. Он не знал, как с нею управляться, но уже научился ею делиться. Или она тянула из него силы без спросу? Просто потому, что по-другому ей сейчас никак…

– Спасибо, – сказал он и погладил ее по волосам.

– И тебе. – Стоять бы вот так и стоять, в тепле, в относительной безопасности. Стоять и ни о чем не думать. Но думать нужно. И думать, и действовать.

– Расскажи. – Она отстранилась. Хоть и не хотелось.

– Я пришел к нему. – Мужика отпустил. Хоть и не хотелось. – Постучался, потом в окна позаглядывал, как дурак какой. Потом понял, что никого нет дома, и решил, что Чернов может быть в больничке.

Но в больничке его не оказалось. Он туда даже не заходил после ужина. Понимаешь, Вероника? Чернов не пришел навестить своих подопечных. Такого просто не может быть.

Вероника понимала. Да, такого не может быть, но факт остается фактом.

– И Алисия пропала. – Веселов снова потрогал удавку, но уже не с таким мучительным выражением лица. Казалось, что он просто поправляет надоевший галстук. – Охранник и медсестра клянутся, что Чернов не приходил, а Алисия не выходила.

Они там, наверное, уже отчитываются Тучникову.

– Отчитываются. – Вероника кивнула.

– К ней Ник заходил. Может, они того… вместе.

– Они вместе. – Она была в этом почти уверена.

– А Чернов? – Он посмотрел на нее с надеждой.

Вероника закрыла глаза, попыталась продраться сквозь снежную завесу. Продираться было тяжело и больно. Ей нужно сосредоточиться. И ей нужно время. С первым никак не получается, второго попросту нет. Но зато есть депеша из Хогвардса. Вернее, была.