Снежить

Вот только пацана дома не оказалось. Волков прождал его до позднего вечера, а потом приезжал к этой унылой пятиэтажке в спальном районе еще четыре дня подряд. Можно было выставить перед домом наблюдение, но он считал это дело личным и не хотел посвящать в него посторонних. С мальчишкой нужно поговорить с глазу на глаз, без свидетелей.

Арине про свои поиски Волков тоже не говорил. Она сама догадалась. Она многое знала. Или чувствовала?

– С ним беда, – сказала она, когда они уже лежали в супружеской постели, и Волков раздумывал, не стоит ли пускать в ход тяжелую артиллерию и форсировать поиски пацана.

Он не стал спрашивать, кого она имеет в виду, он спросил другое:

– Нет. – Арина покачала головой. В темноте он скорее почувствовал, чем увидел это движение. – Что-то другое, что-то темное.

– Темное – это… магическое? – Волков уже перестал удивляться тому, что в его лексикон вошло вот такое словечко. Как говорится, с ведьмой жить…

– Не знаю. Я разговаривала с Анук. Анук его не видит. Карты его не видят.

– Нет. – Теперь уже Волков покачал головой.

– Как будто его нет.

– Нет человека, нет проблемы… – сказал он шепотом. Как бы ему хотелось, чтобы этого человека не было в его жизни!

– Человек есть, но карты Анук его не видят, – упрямо повторила Арина.

– И что это может значить?

– Я не понимаю. Я знаю только одно, Андрей, ты должен найти его как можно быстрее.

– Как можно быстрее не получится, потому что послезавтра я улетаю на Север.

– Значит, ты должен найти его завтра, – сказала Арина с несвойственной ей настырностью.

– А если после экспедиции? – Он все еще пытался найти компромисс.

– После экспедиции будет уже поздно. – Настырность уступила место непоколебимой уверенности.

– Хорошо, – сказал он после долгой, почти драматической паузы, – я попробую.

– У тебя получится. – Его волосы взъерошило теплым ветерком, и одеяло вдруг начало сползать на пол. Само собой.

– Снова эти твои ведьмовские штучки? – спросил он с затаенной радостью, потому что, если в ход пошли «ведьмовские штучки», можно считать себя реабилитированным.

Следующий день постучался в окна их дома ледяной крошкой и порывистым ветром.

– В такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит, – сказал Волков, отхлебывая кофе из своей любимой чашки.

– Выгонит. – Арина сидела напротив, в ее руках была точно такая же чашка, только поменьше. – И тебя выгонит, и собаку.