Онлайн-библиотека книг
– Привез мохнатых коров из Севирии.
– На обратном пути я договорился с севирским советником об этих коровах, – пояснил Драгомир. – Привез сто двадцать голов. Мы сможем получать молоко, варить сыр, делать творог и масло. И эти коровы прекрасно смогут жить в Налагии. У них шерсть и прослойка жира, как у северных медведей.
– Как замечательно! Но что сервы попросили взамен?
– Они отдали коров нам на время. В обмен на медведей. Пятьдесят медведей будут служить полгода в Севирии, Гордей уже договорился с твоим Берном. Первый отряд медведей прослужит месяц, потом его сменит второй.
По случаю удачного исхода похода по спасению Драгомира и его людей, а также возвращения долгожданного обоза, мы решили устроить грандиозный пир. Чтобы весь наш Светоград радовался тому, что отныне в Налагии наступают хорошие времена.
На следующий день по всему городу был объявлен короткий трудовой день, а после обеда на главной и пока единственной площади града устроен большой праздник с пирогами, пряниками и горячими напитками.
Мы тоже с Рутой, Чарославом и родичами Медведями пришли посмотреть на веселые танцы и на скоморохов на ходулях, которые развлекали горожан. Любуясь жителями, я с удовольствием думала о своей растущей столице. Почти три тысячи поселенцев уже прижились здесь, против трех сотен местных жителей бывшего Светояра.
Уже вечером в нашей царской избе мы также решили устроить праздничную трапезу. Блюда на пир мы готовили вместе с Ирингой, Ольгиной и другими женщинами моего клана Медведей. Позже за тремя большими столами в просторной гриднице собрались почти пятьдесят человек. Здесь были и мои советники, и приближенные, и родичи Чарослава.
В самый разгар пиршества Гордей вдруг встал и попросил слова. Я согласно кивнула, он быстро приблизился к Красаве, которая сидела рядом с братом Некрасом, и громко сказал:
– Прошу у тебя разрешения, царица, взять в жены деву Красаву из рода Степных орлов! Я люблю ее и хочу быть ей верным и заботливым мужем.
Подобного заявления, еще и на пиру, я не ожидала, как и другие. Оттого в гридне настала гробовая тишина, и все взоры обратилась на Гордея и Красаву, сидящую на лавке за столом. Щеки ее вмиг заалели от смущения.
