Снежное поместье для любимой жены дракона

Тот соскользнул с руки. Я напряглась, вспоминая, как управляться с магией. Ни секунды не стану медлить!

Прошла целая вечность, прежде чем Дариус проделал то же самое и со вторым браслетом. А когда тот оказался в его руках, я словно физически ощутила, как во мне пробуждается уснувшая сила, которой я будто и не замечала раньше. Сейчас же я прекрасно чувствовала, как она течет по моим венам, собираясь в ладонях.

– Поздоровайся с жар-птицей, козел! – Прошептала я и с какой-то радостной злостью представила, как из моих рук начинается струиться драконье пламя, обретая форму огромной мифической огненной птицы.

Все сработало совсем не так, как я представляла. Я была уверена, что сейчас из ладоней вырвется огонь в виде птицы и как следует опалит Дариуса. Но, кажется, застоявшаяся от блокировки магия решила иначе.

Между мной и алхимиком возникла маленькая птичка, по перьям которой пробегали язычки пламени. Я успела разочарованно выдохнуть и увидеть, как удивление на лице Дариуса сменяется презрительной насмешкой.

Он занес руку, чтобы отмахнуться от птички, но она внезапно начала стремительно увеличиваться в размерах. Будто разгорающийся пожар, добравшись до кислорода.

Я отшатнулась, прикрывая лицо руками, меня опалило жаром, но бо́льшая часть огня была направлена на моего обидчика. Птица развернула крылья, поднимаясь под потолок, а потом махнула ими, запуская прямо в Дариуса огненный поток.

Не знаю, как я догадалась снова задействовать магию, чтобы защититься от пламени, которое бушевало прямо передо мной.

Просто в голове вспыхнул образ воздушно-водной завесы, которая оградила бы меня. Я развернула руки ладонями вперед и оказалась спасена. Огненная волна прошла с боков, подпалив платье, но я сама оказалась цела, чего нельзя было сказать о Дариусе.

Он истошно закричал, охваченный пламенем, а когда пламя погасло, растворяя в себе образ птицы, я проморгалась и увидела, что кухня охвачена огнем, но самого алхимика нигде нет.

Нужно было выбираться, пока тут все не сгорело.

Пусть даже дом и отсырел, но с таким огнем это не имело значения. Я рисковала погибнуть от дыма и гари.

Дотянулась до той сковородки, что приметила раньше, бросилась к окнам с закрытыми ставнями и стала колотить по стеклам. Те с громким звоном осыпались мне под ноги. Прохладный ночной воздух хлынул в комнату, и за спиной что-то загудело. Я обернулась и поняла, что загнала себя в ловушку. Пламя разгоралось, а я не могла выбраться.