Снежный пепел

Много раз потеряла. Считать устала уже.

— Алёна, ты сошла с ума? — накидывается на меня подруга, как только проходим в гостиную. Ее карие глаза буквально испепеляют мою физиономию.

Я не знаю, за что сейчас мне прилетит, причин много. Молча раздеваю малышку, которая не сводит с меня серо-голубых глаз, она улыбается мне, и я таю, начинаю разговаривать с ней, делая голос приторно-сладким. Снимаю розовый комбинезон, слишком теплый, как мне кажется, для такой осени. Уже октябрь, но деревья стоят зеленые, солнце светит.

— Алён, ты меня слышишь?

— Ты о чем, Танюша? — беру девочку на руки, покачиваю ее, осторожно вытаскивая из маленьких кулачков пряди своих волос, которые шустрячка успела схватить и тянет в свой маленький ротик.

 — Ой-ёй, не надо выдирать мне волосы, чего дерешься? И мамка твоя на взводе.

— Будешь с тобой на взводе, творишь черте-что! Правда, что ты подала на развод?

— Правда. И из фитнес-центра уволилась. А еще продала машину и собираюсь переезжать в деревню. Уже даже заявление подала, чтобы меня фельдшером взяли в Алексеевку.

Буду жить с дедом, сажать помидоры и доить старую Зорьку! — меня несет, нервы ни к черту. Но ору вполголоса, боюсь напугать ребенка, который умудряется агукать, насасывая пустышку.

— И зачем все это? Ты разлюбила Сашу? — сурово смотрит подруга. Наверное, считает меня неженкой, которая устала от проблем и пытается от них сбежать в деревню. И это так и есть.

— Люблю, знаешь же… больше жизни люблю. Но не могу так больше. Ты знаешь, что Саша решил ребенка взять из дома малютки? Он уже присмотрел мальчика, навязывает мне его.

— Нет, не знаю. И что в этом страшного?

— … сказала та, у которой двое прелестных малышей, родных, — ерничаю, закатывая глаза к потолку. — Я хочу детей, безумно. Но в которых течет наша кровь. Я его уговаривала на суррогатную мать, но он уперся, как бык. Боится, что женщина не захочет отдать нам нашего ребенка. И еще один дурацкий довод приводит — у нас получится родить, если мы именно усыновим малыша. Саша хочет детей, считает семью без них не семьей.

— Это повод для таких кардинальных перемен? Разводиться обязательно? — Татьяна наконец сняла куртку с мальчика, Лёвка сидел на ковре и переводил взгляд с меня на мать и обратно, заодно разбирая погремушку сестры. — Лёва, не надо ломать игрушку, сестричка плакать будет.

— А еще, он снова сделал меня беременной. Представляешь? Мне врач противозачаточные выписал, а муженек их на витаминки подменил. Я устала беременеть и скидывать каждый раз.