— Она умерла, — упрямо заявляет Роберт. — Мой дедушка — доктор. И он мне объяснял, что никто не ходит по радуге. Это алтасфейное явление.
— Атмосферное, — на автомате поправляю я. И как только Марит уезжает, звоню Джейку.
— Берта умерла, — всхлипываю в трубку. — У Джулии в завещании есть пункт, касающийся ее.
— Да, Олга, — басит в ответ Джейк. — Я сейчас приеду. Ты же до сих пор живешь у Юэнна?
— Я переехала в Портобелло, — вздыхаю и изумленно замолкаю, когда Джейк усмехается в трубку.
— Значит, это тебя я видел на пляже! Это ты поселилась в доме с эркером и садом?
— Да, — блею растерянно.
— Я живу в квартале от тебя. Сейчас приду.
Когда сын Джулии появляется у нас на пороге, то занимает все свободное пространство. Такой уж он огромный и громогласный.
Джейк смотрит на Берту, все еще лежащую на ковре, и замечает участливо.
— Я договорюсь о кремации и все расходы возьму на себя. Урну с прахом Берты поместим рядом с маминой в нашей семейной усыпальнице. Я уже позвонил дяде. Он не против.
Внезапно вспоминаются какие-то обрывки разговоров с Джулией. Ее брат, кажется, граф… А она сама квартирует у Юэнна, так как неподалеку живет ее подруга. И Джулии удобно ее навещать. А если бы она жила в поместье, то ей бы приходилось каждый раз таскаться в город.
— Хорошо, — киваю я и, слабо улыбнувшись Джейку, предлагаю. — Чай или кофе?"
"— Покажи лучше дом, — смеется он. — Я же его хотел купить, а меня какие-то русские опередили.
— Мой отец и мачеха, — печально вздыхаю я, всеми фибрами души не желая показывать Джеку мансарду.
Картины там стоят ничем не прикрытые, а у одной отмыт угол.
Джейк обходит дом, деловито цокает языком и хвалит меня за интерьер и идеальную чистоту.
— Там еще и мансарда, — весело заявляет он, направляясь к лестнице, и мы с Робертом еле поспеваем за ним. Естественно, он сразу видит картины и направляется к ним.
— Олга, — смотрит на меня изучающе. — Во что ты вляпалась, дорогая?
Вглядываюсь в серьезное лицо Джейка. Вижу такой же бесхитростный взгляд, как у Джулии, и понимаю, что только этому человеку могу довериться.
Сколько ему сейчас? Джулия умерла в семьдесят с лишним лет, а Джейка она родила по молодости. Значит, сейчас ему около шестидесяти.
— Ставь чайник, и поговорим, — велит он и, спустившись вниз, относит Берту в свою машину.
Разговор много времени не занимает. Если обойти стороной Вадима, то все сводится к рассказу о краже и причастности к преступлению моего отца и мужа.
