И я, сморгнув набежавшие слезы, вдыхаю запах любимого и, наконец, понимаю, что я дома и безумно счастлива.
Глава 15
От Ольги трудно оторваться. И будь моя воля, я бы запретил ей выбираться из моей постели. Да и себя бы рядом приковал наручниками. А так…
— Вадим, — шепчет Олюшка в полудреме. — Нам еще за Робертом ехать.
— Я отправил к твоей матери Рому. Можно позвонить, он привезет.
— Все равно вставать надо. Мама не поймет. Я ей пока ничего не говорила.
— Почему? — вскидываюсь я и внимательно смотрю в зеленые бесхитростные глаза, затянутые поволокой.
— Как-то не пришлось к слову. Мама просила сходить к отцу и долдонила одно и то же, пока я не согласилась. А отцу я сообщила…
— Почему? — снова удивляюсь я. Вроде бы отношения с Колей не подразумевают откровения.
— Он спросил, я ответила. Еще что-то бурчал насчет завещания.
— С этим разберемся, дорогая, — скривившись, бурчу я и одним махом переворачиваю Ольгу на спину. Нависаю над ней, желая только одного. Но нельзя… Нужно ехать за Робертом.
— Подъем, мадам, — смеюсь я, приникаю губами к розовому соску. И уже представляю, как сладкий бутон затвердеет у меня во рту и превратится в горошину, когда Ольга выворачивается из-под меня и устремляется в ванную. Я только успеваю шлепнуть ее по голой заднице. От легкого звонкого шлепка нас обоих пробирает смех. Ольга, накинув халат, хохоча, бежит в душ, а во мне просыпается дух охотника. Я в два шага догоняю ее в коридоре. И подхватив на руки, перекидываю через плечо. Чувствую, как по моей ж.
пе молотят маленькие кулачки, и понимаю, что с этой женщиной мне все нипочем. Ставлю Ольгу как куклу на разноцветный узорный пол, а сам включаю душ и становлюсь рядом с любимой. Тропический ливень обрушивается нам на голову сразу. Я только успеваю накрыть Ольгин рот поцелуем и прижать к стене. Чувствую, как ее ноги обвивают мой торс, и, осторожно приподняв под бедра, насаживаю на Одноглазого.
— Сейчас быстренько, и поедем, — шепчу я, вколачиваясь. Два коротких удара, один глубокий.
Ольга обвивает руками мою шею и чувственно стонет в ухо.
— Я не могу, Вадим. Больше не могу…
— Я тоже не могу, малыш, — тяну я, прижимая Ольгу к себе. — Хочу безумно, чтоб мне подохнуть.
— Не надо, — хрипло шепчет она и в порыве чувств прикусывает шею. — Живи долго, Вадечка. Мне без тебя не жить.
— Вот и не живи без меня, — огрызаюсь я, сосредотачиваясь на надвигающейся кульминации. И могу поклясться, ни с одной другой женщиной мне не сносило башню наотмашь.
