Снова и снова

— Евгения Ковальчук, — подмигивает друг, — большая надежда фигурного катания.

Ковальчук, значит. Фамилия кажется знакомой, вот только откуда я могу ее знать — ума не приложу.

Поплыл — это громко сказано, но залип не по-детски. И уже даже знаю, где и в какой позе хотел бы видеть эту дерзкую Евгению. А судя по гордо вскинутому подбородку и полному отсутствию смущения, малышка раскрепощена. В моей голове уже зреет коварный план по соблазнению. Я вполне не прочь завоевать еще один «трофей».

— Оля, что за срыв? Ты уже как минут десять должна здесь отсутствовать.

Ох, еще с юношества помню, как эти двое любили «кусаться». За их пикировками наблюдать — сплошное удовольствие.

— Сема, не ворчи, сам понимаешь, работа — она такая.

Девчонка, не обращая внимания на плотоядные взгляды двадцати пяти озабоченных парней, вытянув спинку по струнке, походкой от бедра двинулась на выход.

— Умеешь ты поставить жирную точку, Женёк!

Твою мать, какой знакомый голос. Выглядываю из «хвоста» страждущих полюбоваться на красотку и вижу того, кого совсем не ожидал.

Та самая Евгения что-то кидает ему в ответ и улыбается. До других ей нет никакого дела.

Она уже почти прошла мимо меня, когда неожиданно переводит взгляд своих серых глаз. На лице мелькает изумление. Идеальная бровь выгибается, и девчонка замедляет шаг.

Красивая, зараза. Идеально симметричные черты лица с тонкими линиями. Аккуратный носик, пухлые губы и большие глаза, прячущиеся за веером густых ресниц. Натуральная, ни грамма косметики.

Вижу, что и я ее цепляю. Ухмыляюсь своей самой сногсшибательной улыбкой, давая понять, что не прочь познакомиться поближе.

Кто-то из ребят несет абсолютную чушь и начинает мерзко улюлюкать. Евгению это быстро приводит в чувства. Растерянность мгновенно сменяется отстраненной холодностью. И девчонка, гордо вскинув подбородок, скрывается за дверью.

— Познакомишь, Димыч? — выдает кто-то из команды.

— Эта цыпа тебе не по зубам, Жаров.

— Только подойди к моей сеструхе, все, что ниже пояса, оторву.

Вон оно как, сестра, значит. Это вдвойне подстегивает интерес.

— Что, Метлицкий, история повторяется, — парень переводит на меня горящий яростью взгляд. — Из-за девчонки будем ругаться? — ухмыляюсь, когда лицо давнего врага стремительно багровеет, — не боишься, что снова меня выберет.

— Только подойти к Женьке… — кроша зубы в порошок, рычит парень, — за нее голову оторву, Дёмин, — тычет кулаком мне в грудь.