Снова надейся

По венам понесся адреналин. Неожиданно я вновь очутилась там же, где и месяц назад: в ловушке между волнением, нервным трепетом и странным спокойствием, которое охватывало меня лишь во время разговоров с Ноланом.

У меня тут же тоскливо заныло в животе. Я не хотела так быстро заканчивать этот диалог.

Хотя я не пила спиртного, все равно чувствовала себя словно в дурмане, когда отправляла сообщение.

Быстро поразмыслив, я склонилась над телефоном.

Я задумалась, что ему написать. Изначально я не собиралась упоминать попытки Доун меня с кем-нибудь свести.

С другой стороны, должны же мы рано или поздно вернуться к тем отношениям, когда могли непринужденно болтать друг с другом. Мы решили остаться друзьями. А раз в случае с Доун или Блейком я бы не колебалась, почему должна вести себя иначе с Ноланом?

Я затаила дыхание и запретила себе воспринимать его слова буквально.

Пальцы запорхали над дисплеем, как в игре, которая приводит к зависимости. Я не могла и не хотела останавливаться.

Я отправила сообщение не задумываясь.

А когда поняла, что написала, почувствовала, как сердце упало в пятки. Я быстро исправилась.

Нолан, похоже, медлил. Он начинал печатать и прекращал, и прошло какое-то время, прежде чем от него прилетел ответ.

Я сглотнула ком в горле. В случае с Доун я очень боялась, что ей станет известна правда. Однако Нолан знает обо мне гораздо больше, и с ним я со своими секретами ощущала себя в полной безопасности.

На экране моментально высветился ответ Нолана.

Я перестала дышать.

Нолан в курсе правды о моем отце и видел синяки на моей шее. Было очевидно, что он сложит один плюс один. Следующие две буквы потребовали больше усилий, чем все остальное.

Время, за которое он набирал ответ, показалось мне вечностью.

У меня участился пульс.

Нолан начал печатать и остановился. Опять начал и снова перестал. Так продолжалось минут пять. Я уже прикидывала, не встать ли, чтобы налить себе еще чего-нибудь попить, когда смартфон наконец завибрировал.

Сердце забилось где-то под самым горлом.

Руки вцепились в пластиковый чехол. Я не понимала, почему он так написал. Он заявлял мне, что дружба – единственный вид отношений, который нам доступен. Но разве друзья говорят друг другу такие вещи? Сказал бы мне Блейк нечто подобное? И прозвучало бы это из его уст так многозначительно?

– Ты любишь стейки? – спросил в этот момент кто-то рядом, вырывая меня из задумчивости.

Я вскинула глаза на парня, который стоял передо мной, спрятав руки в карманы.