Снова надейся

– Это настолько ужасно, что у меня нет слов.

– Сказать тебе, что ужасно? Прочесть больше четырехсот страниц, а в итоге узнать, что твой любимый персонаж умер, – возразила я.

– Похоже на детскую травму.

– Есть же люди, которые хотят знать заранее, во что ввязываются.

– Не в моем доме. – Он заявил это так властно, что мне вдруг стало жарко у него в кабинете. Тяжело сглотнув, я сосредоточилась на том, чтобы смотреть ему только в глаза и не позволять взгляду вновь опускаться на губы или другие части тела.

Мне ничего не удавалось поделать с дрожью, которая пронзила тело от страсти в его взгляде.

Я не знала, что произойдет дальше. В один момент мы смотрели друг на друга, а в следующий его ладони обхватили мое лицо, а губы накрыли мои. Я бы не смогла сказать, кто первый кого поцеловал, это было неизбежно, и неописуемо, и… мне стало нечем дышать.

Нолан прижался ко мне, и я врезалась спиной в стеллаж. Книга выпала из ладони, и я собиралась нагнуться за ней, когда он запустил руку мне в волосы, возвращая мой рот к своему.

– Пусть валяется, – прошептал он у самых моих губ, а потом снова поцеловал, вытесняя из головы все мысли о книге. Одной рукой я пыталась найти опору, а другой вцепилась в его кофту и притянула ближе к себе.

Я скользнула языком ему в рот. Мне не хватало его, хотя прошел всего день с нашей последней встречи. Колени у меня подогнулись, когда Нолан провел руками вниз по моему телу и сжал ягодицы. Он поднял меня и развернулся, чтобы усадить на письменный стол. Глаза у меня были закрыты, но я слышала шелест бумаг, полетевших на пол.

Сама же была слишком занята, дергая его за водолазку, чтобы обращать на это внимание. Потом я оторвалась от губ, чтобы снять с него кофту через голову. Нолан не дал времени насмотреться на себя – одна рука у меня на шее, вторая – в волосах, он продолжил меня целовать. У меня закружилась голова.

Я не могла поверить, что мы несколько минут назад болтали о книгах, а теперь целовались на его письменном столе. Никогда бы не подумала, что со мной такое когда-нибудь произойдет.

Его руки переместились к подолу платья. Он отстранился от моих губ.

– Все нормально? – спросил он, когда его пальцы подцепили пояс моих колгот и трусиков.

– Да, – хриплым голосом выдавила я.

– Говори мне, если я слишком спешу или слишком медлю. Говори мне все, что приходит тебе в голову. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

У меня в животе все перевернулось.

– Все, что ты со мной делаешь, – просто прекрасно.