Снова надейся

– Даже если на самом деле они тебе никогда не пригодятся?

– Ой, всегда найдутся поводы что-нибудь сделать. Плакат для твоего матча, например. Или открытки на дни рождения. Или постер, который я готовила для «Писательской мастерской» на прошлой не… – Она осеклась и расширившимися глазами посмотрела на меня.

От мысли о Нолане у меня заныло в животе. Я до сих пор думала о нем каждый день и каждую ночь, и каждый раз это причиняло боль. Пытаясь не демонстрировать своих чувств, я сразу отмахнулась.

– Все нормально.

Можешь говорить при мне о «Писательской мастерской».

Доун выглядела неуверенно.

– Мне хочется просто перелистнуть эту страницу. Все это не должно постоянно маячить в наших разговорах, как слон, которого не замечают. И я не жду… – я быстро взглянула на Блейка, – что вы перестанете общаться с Ноланом или типа того.

– Просто чтобы ты знала: мы с Доун уже разработали план, как его отвлечь, чтобы один из нас изрисовал его книги, – заявил Блейк, а Доун энергично закивала.

– Он как-то упоминал, как ненавидит, когда люди чирикают в книгах.

Как думаешь, сильно он разозлится, если я возьму свою блестящую ручку и… – Доун несколько раз взмахнула рукой в воздухе. На сердце, как и прежде, стало тяжело при воспоминании о Нолане, но у меня все равно получилось улыбнуться.

– Не надо. Но я все равно очень ценю, что вы готовы за меня заступиться.

Доун притихла. Потом вздохнула и начала ковыряться вилкой в тарелке. А через какое-то время опять подняла глаза и с сожалением посмотрела на меня.

– Я ему тоже отправила новые главы «Рядом со мной». Но, само собой, вы не обязаны присылать мне свои комментарии вместе и так далее, – торопливо добавила она. – То есть если ты в принципе хочешь читать дальше.

Я вспомнила про главы, которые все еще дожидались меня непрочитанными на ноутбуке.

– Извини, что я так с этим затянула. Но да, конечно, я хочу читать дальше. Я буду бета-ридером всего, что ты напишешь. Можешь даже не спрашивать.

У нее на лице расцвела благодарная улыбка.

Курсор мигал в поисковой строке. Я уже так долго сверлила его взглядом, что даже начала считать, сколько раз он моргнет.

Пока я так и не осмелилась найти объявление спортивной кафедры. Пока я не осмелилась даже ввести текст в строку поиска. Во-первых, потому что боялась действительно решить подать заявку. Во-вторых, потому что та искорка внутри меня за последние часы разгоралась все сильнее, а я опасалась, что не пройду на должность по требованиям.