Имена пострадавших никогда не сообщались прессе до тех пор, пока не были оповещены все семьи — для пострадавших легче, но чертовски тяжело для всех остальных семей, где ждали полицейского со службы. Все они начинали ждать звонка по телефону или, хуже того, в дверь. Сегодня ни один родственник полицейского не хотел бы видеть копа у себя на крыльце.
Я вспомнила, как бросила Мику и Натэниела на автостоянке. Как велела им везти домой Ронни. Как даже не поцеловала никого из них на прощание. В глазах у меня стало горячо, горло сдавил спазм.
Я кивнула — быть может, чуть слишком быстро. И голос у меня дрожал только чуть-чуть.
— Я поеду. И позвоню.
— И поспите, если сможете. Завтра станет лучше.
Я кивнула, но не глядела на него. Сделав два шага, я обернулась к нему снова и сказала:
— Готова поставить что хотите, что криминалисты со мной согласятся, Хадсон. ДНК из укусов первых жертв не совпадёт с ДНК тех вампиров, что в квартире.
— Вы просто не хотите это дело так оставить?
Я пожала плечами:
— «Так оставить» — я просто не знаю, как это делается, сержант.
— Спросите у того, кто знает, Блейк. Либо вы научитесь, либо перегорите.
Я посмотрела на него, он на меня, и я подумала, что же такого он сегодня во мне увидел, что предупреждает насчёт «перегореть»? И прав ли он? Или просто все чертовски устали? Он, я, все мы.
Глава восьмидесятая
Я ехала домой, думая о вампирах. Невесёлые были мысли — о тех, кого мы сейчас убили. Было без чего-то три часа утра, и на хайвее кроме меня почти никого не было.
Восемь убитых вампиров, плюс один человек. По моему мнению, слуга, поскольку это он убил Болдуина мечом, а это свидетельство давнего искусства. Мало кто из современных людей настолько владеет клинком, чтобы убить бойца спецподразделения с «МП-5» в руках. Восемь — достаточно, чтобы думать, будто мы убрали всех, но я знала, что Витторио мы упустили. Его там не было.
Ночь была ясной и светлой, и когда город остался прилично позади, засверкали звезды, будто кто-то рассыпал мешок алмазов на бархате.
Вдруг мне стало хорошо. Почему — не знаю, и не стала в этом копаться, чтобы не спугнуть случайно: усиленное самокопание такое настроение может сбить. Мне было хорошо, я ехала домой, я спасла всех, кого могла, и убила всех, кого могла. На эту ночь моя работа кончена.
Женских трупов было достаточно, чтобы числить среди них Надин и Нелли, ту пару, что соблазнила Эвери Сибрука.
