Со-рин твоего дома

И ес-с-сли мальчиш-ш-шка не наделает глупое-с-стей, а Дэйрашшш примет наши условия, он получит обратно свою со-рин живой и здоровой и сына тоже. Так что, Анаишшш, будь благоразумным. Отпусти девочку, сними с нее нуарр и иди с Даирром. Я сам позабочусь о благополучии вашей женщины до родов. Дальше все зависит только от твоего брата. Жаль, что он сразу не принял моего предложения. Очень жаль… – задумчиво. – А теперь отойди от со-рин! Лена – заложница моего дома! – Приказ.

К моему удивлению, иссаэр безропотно меня отпустил.

И даже сделал шаг в сторону серебряного, который так и продолжал властно удерживать Анаишшша за волосы, мерзко улыбаясь.

В моем сердце начала разливаться пустота, эны тревожно зашевелились. В глазах блеснули слезы. Я ничего не могла понять… Так легко?

– Надин, ты мне доверяешь? – Словно в ответ на мой вопрос, Ан повернул голову в мою сторону и посмотрел на меня долгим пронзительным взглядом быстро темнеющих сиреневых глаз. Заметила, как черты лица его при этом заострились.

– Да, – прошептала я, чувствуя, как немного отпускает, – только тебе…

– Тогда ничего не бойся, малышка, – улыбка, которую я так люблю, – я никогда не причиню тебе вреда, Лена, и прости.

Ты не должна была этого видеть, надин. Моя вина, мне и исправлять. Только не нервничай, тебе нельзя. Обещаеш-ш-шь? – На злобно зашипевшего Даирра и его когти, впившиеся в плечо, иссаэр даже не обратил внимания (а ведь, к моему ужасу, на синей форме стало расплываться черное пятно крови!). Но мужчина этого словно не замечал, он смотрел только на меня.  – Отойди в сторону, маленькая, и как можно дальше. Сейчас же!!! – Впервые услышав такие металлические нотки в мягком голосе иссаэра, я вздрогнула и растерянно сделала несколько шагов назад. Благо меня никто не держал.

– Ты о чем? Анаишшш?!.. – Я вообще перестала его понимать, да и, судя по раздавшимся едким замечаниям серебряного и фиолетового, другие тоже ничего не поняли.

Иссаэр начал свою трансформацию… Предвкушающе улыбнувшись, нарр его отпустил, давая свободное пространство для изменения.

А я невольно снова попятилась назад, потому что было жутко наблюдать за тем, как человеческое тело плавится, словно воск на огне, и из него рождается, разрывая одежду, здоровенный нааганит, с длинным белым хвостом, со звериными чертами лица, с клыками и когтями, с великолепной густой гривой и сверкающими сиреневыми аметистами цвета утренней зари. И все это действо сопровождается тихим шелестом и щелчками встающих на место костей.