Соавторы

В воскресенье он, как и положено начальнику, отдыхал, а в понедельник, явившись на службу, узнал приятную новость: стараниями Каменской на отдел повесили очередное убийство, с которым прекрасно справились бы и на ""земле"" - ничего выдающегося, старая домработница, не депутат и не министр, и не новое преступление в серии деяний кровавого маньяка, и не разборка между двумя серьезными группировками.

Коротков, настоящий мужик и преданный друг, попытался прикрыть грудью амбразуру.

- Вячеслав Михайлович, это я принял решение. Каменская только поделилась со мной своими соображениями, а решение принимал я.

- И каковы же эти соображения, я могу узнать?

Юра покосился на Настю. Она набрала в грудь побольше воздуха и нырнула в омут неизбежного объяснения с начальником.

- Убитая была домработницей очень известного человека…

Она знала, чем брать Афоню. Полковник был тщеславен до неприличия и всеми силами стремился обеспечить раскрытие любого убийства, привлекающего хотя бы маломальское внимание прессы.

Была бы его воля, он бы работал только по тем делам, о которых пишут в газетах и рассказывают по телевидению. Несколько раз у него брали интервью, и однажды ему даже удалось мелькнуть на телеэкране. То были звездные часы в служебной деятельности полковника Афанасьева.

О происшествии в квартире одного из ""Богуславских"" напишут обязательно, и к гадалке не ходи.

К тому же, как выяснилось в процессе разговора, Афанасьев, в отличие от Насти и Короткова, книги Василия Богуславского в свободное время почитывал, и не без удовольствия, а уж о степени популярности и раскрученное™ проекта был осведомлен в полной мере. Настя не стала скрывать от начальника и свою встречу с Екатериной Сергеевной, и ее опасения по поводу того, что у Богданова есть и тайны, и враги, так что убийство домработницы известного писателя может привести к громким разоблачениям неблаговидного поведения самого писателя.

- Ох, Каменская, - покачал головой полковник, - сколько ж с тобой проблем… Вроде ты и умная баба, и дело знаешь, а рядом с тобой чувствуешь себя как на пороховой бочке. Скорее бы ты на пенсию ушла.

- Потерпите, уже недолго осталось, - зло бросила Настя, выходя из кабинета вслед за Коротковым.