Поэтому Муслим вряд ли заметит подмену, особенно в полумраке, оглушенный восторженным ревом поклонников и безумно влюбленный в самого себя. Правда, Теймуразов наверняка запомнил внешность того, кто искалечил ему руку. А посему перед поездкой в клуб я старательно загримировался. Благо в конспиративной квартире нашлось все необходимое.
Сопроводив чемпиона на улицу, мы собирались по-тихому умыкнуть его на его же собственной машине. Как говорится, простенько, но со вкусом…
Между тем драка в аквариуме набирала обороты.
Одна из «гладиаторш» подмяла соперницу под себя и со свирепым визгом принялась топить ее в грязи. Зрители весело заржали. «Телки» на галерке тоже были поглощены зрелищем. Они азартно пялились на происходящее в аквариуме и, позабыв обо всем на свете, зычно выкрикивали:
— Давай! Мочи на хрен!.. А ты, б…ь, выплывай, выплывай, тебе говорят!… За горло, мать твою, держи!.. Обхвати ногами и переворачивайся! Иначе в дерьме, на хрен, утонешь!..
— Начали! — Жестами показал я Косте."
"Покинув коридор, по которому пришли на галерею, мы тенями метнулись к мордоворотам.
Профессионализмом они явно не отличались и вплоть до последнего момента не почуяли опасности, продолжая давать «ценные» советы проституткам. Бесшумно вырубить обоих, «спеленать», заткнуть рты и спрятать под стоящую у стены лавку не составило ни малейшего труда. Спустя полторы минуты мы преспокойно заняли их места. Публика в зале ничего не заметила, всецело занятая финалом «боя». Почти утопленная «гладиаторша» сумела-таки вывернуться и с отчаянной силой впечатала лицо противницы в пуленепробиваемое стекло.
Захлебнувшись кровью, та отключилась. Победительница поднялась на дрожащие ноги, попыталась сделать реверанс, но не удержалась и плюхнулась обратно в грязь.
— Ух-ха-ха! Маладэц, билат! — заорали чеченцы.
Муслим щелкнул пальцами здоровой руки. Послышалось негромкое жужжание. Аквариум начал спускаться в подвал. Я непроизвольно поежился. Мне почему-то вспомнился ритуальный зал крематория, где точно так же спускается к печи гроб с телом покойного.
Только траурной музыки не хватало.
— Скоты! — с отвращением прошептал Костя. — Нелюди, блин!!!
Я предостерегающе поднял палец. Сибирцев умолк. В развешанных по стенам динамиках заиграл бравурный марш. Чемпион встал из-за стола и поднес к губам микрофон. Музыка мгновенно стихла.
— Вы видели, друзья, как дерутся бабы, — по-чеченски сказал Теймуразов. — Безобразное зрелище! Женщины не должны лезть в мужские дела.
