Ну чего робею перед ним как девочка…
- Я тоже кашу могу есть, так что лучше в следующий раз поваляйся со мной.
Вроде и прозвучало мило, но мне захотелось придушить Тимура. Столько времени убить на блины, тесто и омлет… И тут, да могла бы и не делать. Ох!
- Маша, - позвал вдруг Авдеев. Я перевела на него взгляд и только сейчас заметила, что он подпер рукой подбородок: сидит, разглядывает меня. Улыбается. Злость и обида отступили, на их место пришла нежность.
- Что?
- Ты очень красивая.
- А? – показалось, ослышалась.
Я сглотнула, облизнула губы и заморгала быстро-быстро. Не знала, куда деть глаза, в какую сторону смотреть. Вот умеет же, одной фразой выбить весь кислород из легких.
- Приятного аппетита, любимая, - произнес Тим и потянулся к завтраку. Я тоже решила покушать, хотя хотелось наблюдать за Авдеевым, он уплетал с диким удовольствием.
- Ну как? – набравшись смелости, я все-таки спросила. В ушах до сих пор звучало его «любимая». Сердце в груди танцевало танго, то быстро, то медленно. Черт! Так и до кардиолога недалеко.
- Класс! Не балуй, а то привыкну. Знаешь, я тоже кое-что умею готовить.
- Серьезно?
- Угу. Завтра, если не просплю, покажу мастер-класс!
- Завтра? – удивилась.
- Завтра, утро сегодня уже прошло. Кушай, и в уник поедем. А то отчислят тебя, что тогда делать будешь? Деток мне рожать?
- Ага, десятерых и собаку еще заведем, - ответила на автомате, потом правда, до меня дошел смысл сказанных слов, и я ощутила, как скулы опалил румянец.
- Это ж, какой дом нужен, чтобы там такой табор жил? – на полном серьезе озадачился Авдеев.
Мы быстро доели, перекинувшись шутками, и размышлениями о собаках, которым нужен простор. Затем Тим спустился к себе, переоделся. Я не стала заходить к нему, ждала на улице возле машины. Необычно, конечно, ехать на учебу вместе. В принципе, быть снова вместе.
Мимо прошла соседка, глянула на меня, словно не понимала, чего это девушка топчется рядом с автомобилем. Я улыбнулась ей, молча кивнула в качестве приветствия, и мысленно пожелала, чтоб поскорей скрылась с горизонта.
Вот же любопытная дама. А минут через пять нарисовался Авдеев. На нем была черная парка, потертые синие джинсы и высокие кеды. Без шапки. Дурак. Холодно же, можно простыть.
- Поехали, - радостно сообщил, кликая значок сигналки.
- А шапка где? – спросила, усаживая на пассажирское."
"- Есть уникальное средство, которое греет мозг. Любовь называется, - выдал он. Я уже не стала ничего говорить, однако улыбку скрыть не смогла.
