Она очень помогла, потому что находится под одной крышей с Аллой было невыносимо. Ну а папа, ему оставалось смириться.
Со второго курса я начала подрабатывать. Писала статьи для групп, делала рерайтинг. Деньги платили не особо большие, но мне хватало. Плюс стипендия. В общем, пыталась быть самостоятельной по всем фронтам.
- Слушайте, как насчет пиццы? – заливисто заявил Женька, вытаскивая меня из потока собственных дум. Я отошла от Дениса, а он хвостиком поплелся следом.
- Отличная идея, Машунь, ты «за»? – ненавижу, когда Романенко говорит «Машунь».
Бесит.
- Нет, - категорично отказала. Потому что надо было написать еще три поста для одной группы, и добить курсовую.
- Занудная ты, Машка, - фыркнула Инга. Свою нелюбовь в мой адрес она не скрывала. Хотя мы общались неплохо.
- Маш, ну что опять будешь дома тухнуть? – спросил Дэн, вырастая передо мной. Положил руки на плечи, наклонился. Любил он забирать мое личное пространство. Порой навязчивость Романенко раздражала.
- Занудным в вашей компании делать нечего, а у меня еще дела.
Отойди, Денис.
- Инга просто дура, да, Инга? – кинул он на нее какой-то многозначительный взгляд. Мила усмехнулась, а Женька громко засмеялся.
- Иди нафиг, понял! Альфа недоделанный, - прорычала недовольно Малиновская. Господи, как хорошо, что все они учатся на другом факультете.
- Короче в пиццу я не иду с вами, - заявил Денис. Я тут же напряглась. Явно отказ не просто так.
- Почему? – завыл Степа, спрыгивая с парты, где восседал все это время.
- Свою девушку пойду провожать.
Надо ж как-то уединяться.
Я ничего не ответила. Надоело поправлять. Романенко всем вокруг твердил, что мы в отношениях. Зачем только непонятно. Близкое окружение знало правду, а остальные во мне видели реально его возлюбленную.
- Денис…
- Ничего не знаю, - отмахнулся он от меня привычно.
Мы быстро собрались, и дружной компанией вывалились в коридор. Заскочили на кафедру, сдали ключ, вернее я сдала. Ребята ждали у дверей. Они продолжали уламывать Романенко пойти в пиццерию, а я продолжала надеяться, что он передумает.
- Блин, вот же холодрыга, - взывала Инга, когда мы вышли на улицу. Удивительно, но первого декабря впервые было так снежно. Пушистые снежинки падали с неба, создавая на земле белое покрывало.
Я улыбнулась. Красиво, хоть и холодно.
Вдохнула полной грудью. Запрокинула голову к небу, подняла ладошки вверх, пытаясь поймать ледяную красоту. И вдруг что-то стрельнуло. Ярко. Остро.
Я опустила голову, рассматривая в ладони снежинку.
