В нем словно зажгли огонек, тот самый, давно потухший.
- И?..
- Ну что и? Я просто вдруг понял, что не хочу больше жить с Аллой. Ну и… что у твоей мамы такой красивый смех, - тут отец и сам усмехнулся, смутился видимо.
- Пап, так это же здорово! – воскликнула я, ощущая прилив нежности в груди. Если они смогут найти дорогу навстречу друг другу, это будет прекрасно.
- Знаешь, взрослые порой рушат мосты, которые можно еще починить. Кажется, я понимал это слишком много лет. Иногда нужно посмотреть под другим углом, спросить в глаза о том, что давно тревожит.
Жизнь – не сказка, которую пишет кто-то сверху. Тут мы сами принимаем решения.
- И?..
- Какая ты узколобая, Мария, - вздохнул папа. А я вдруг засмеялась. Да так сильно, что чуть со стула не упала. Кажется, давно мы так не разговаривали.
25.2
Ночевала я у себя дома. Хотя тянуло вниз, конечно. Однако гордость не позволила спуститься. А еще слова отца не выходили из головы. Может, и я чего-то не понимаю? Может, тоже смотрю не под тем углом?
Я взяла подвеску, которую когда-то мне подарил Тимур.
Разглядывала ее, потом даже надела на шею. Подошла к зеркалу и грустно улыбнулась. Интересно, зачем он мне сделал подарок? Зачем познакомил с мамой? Неужели все ради глупой мести? Только если раньше у мести был повод, то сейчас… не понимаю.
Спала плохо. Постоянно просыпалась, мерещилось всякое: то шорохи, то звуки какие-то. Пару раз поднималась, включала свет везде и обхаживала по кругу каждый угол. Но понимала, ничего нет, и возвращалась под одеяло. Удивительно, в квартире Тима я быстро засыпала.
Ничего не боялась. Здесь же, в своей спальне, где провела не одну ночь, никак не могла расслабиться.
К шести утра не выдержала. Встала. Сходила в душ, помыла голову, привела себя в порядок. Есть не хотелось, а до пар еще было три часа. Сегодня нам к третей. Обычно за это время успеваю повторить материал, что-то сделать на будущее. Однако сегодня не шло ничего в голову. Я читала, повторяла, и благополучно забывала.
Когда на часах пробило десять, решила приготовить завтрак.
Правда, почему-то сделала на двоих. Вбила на сковородку пять яиц вместо двух. Стояла, смотрела как они жарятся и думала, какого черта вообще. Что делать с едой? Ну не выбрасывать же. Жалко. Да, Тимур придурок! И с головой у него проблемы. Но… пусть это будет последний жест доброй воли. А если откажется, на голову ему опрокину.
С этой мыслью я спустилась на этаж ниже. Позвонила в дверь, держа в руках тарелку. От жареных яиц исходи приятный запах.
