Я молча двинулась к лестнице, все еще слишком пораженная тем фактом, что охотник заступился за меня. Как-то так вышло, что он для меня не только погибель, но и спасение. Рядом с таким мужчиной ничего не страшно. Одно плохо: он защищает меня исключительно из корыстных побуждений.
Я думала толпа увяжется за нами. Но люди лишь проводили нас неприязненными взглядами до лестницы. Крупно повезло, что охотник встал на мою сторону. Прав отец Еленики — на этом острове мне жизни не будет. Надо выходить замуж и уезжать. Желательно туда, где не слышали о моем чудесном воскрешении.
Не считая свечи в руках у мужчины другого освещения не было, и мы ступили на лестницу практически в полной темноте. Шумный зал и звуки шторма остались позади. Толстые каменные стены их не пропускали. Мы с охотником словно перенеслись в иное измерение, где, кроме нас, никого нет.
Он шел впереди, я — следом. То и дело нервно оглядывалась: не преследуют ли? Но было тихо. Охотник — авторитет. Ему опасаются перечить. Пока я нужна ему, я буду жить.
Вопрос в том, как долго это продлится.
Мне отчаянно не хватало света. Мой спутник не особо следил за тем, чтобы я видела дорогу. На очередной ступени я споткнулась. В последний момент мужчина поддержал меня за предплечье, не дав разбить нос о каменный пол.
Из-за этой неловкой ситуации мы оказались слишком близко друг к другу. Настолько, что я ощутила дыхание мужчины на своей щеке. Горячее, обжигающее, опасное и вместе с тем манящее. Возможно, вот он — мой шанс очаровать врага.
Поцелуи сближают, и я решилась.
Секунды превратились в века, пока я тянулась к губам охотника. Казалось, расстояние в жалкие сантиметры я преодолевала целую вечность. Но я не достигла цели, хотя и была очень близка. В последний момент охотник все испортил. Он схватил меня за шею, его сильные пальцы сдавили мое горло, вмиг перекрыв кислород.
Мужчина прижал меня к стене, продолжая душить, и прорычал:
— Уничтожить меня вздумала?
Я задыхалась и царапала его руку, пытаясь хоть немного ослабить хватку, но безрезультатно.
Хотела вздохнуть и не могла. Все, что сейчас чувствовала — мужские пальцы на своем горле. Холодное прикосновение кожаных перчаток. Охотник мог переломить мою шею вот так запросто, одним движением. Мои позвонки хрустнут в его руке как сухая палка. И ему за это ничего не будет."
"Это страшно — осознавать, что твоя жизнь ничего не стоит. Пожалуй, именно в эту минуту я в полной мере прочувствовала, что отныне принадлежу этому мужчине.
