Я вздрагивала каждый раз, когда кто-либо из них подходил чересчур близко. Смотрела на них и думала, что узнай они, кто я, разорвали бы на месте. К счастью, аура Хастада скрывала меня.
При этой мысли я покосилась на мужа, который весь вечер держался рядом со мной. Он знал о приеме и понимал, кто на нем будет. Первый раз мне повезло пройти проверку, но не могли же мы вечно обниматься, не переходя границы. А без этого есть вероятность, что кто-то распознает во мне ведьму.
Вот почему ночью он был так настойчив! Наша близость была необходима, чтобы я выдержала прием.
Я вроде как должна быть ему благодарна…"
"Но, даже понимая это, я не могла его простить. Во-первых, Хастад мог рассказать мне о своих мотивах, но он предпочел действовать силой. Во-вторых, моя магия пострадала, и это было странное, неприятное ощущение. Я словно потеряла часть себя. Как будто кто-то ржавым ножом вскрыл мне грудную клетку и вырезал частичку сердца. Рана кровоточила и болела. Я мучилась.
Порой к нам подходили люди пообщаться. В основном мужчины к Хастаду.
Их жены либо игнорировали меня, либо шептались о том, что я деревенщина. Снобки. Они слышали, что муж привез меня с отдаленного острова. Для них я была кем-то вроде бедной родственницы: девушка, выросшая вдали от города. И пускай. Дружба местных матрон мне ни к чему. Вряд ли среди них есть ведьмы.
Прием шел своим чередом. Лакеи разносили подносы с едой и напитками, гости ели и пили. Я тоже попробовала немного местного вина, чтобы успокоить нервы. Как вскоре выяснилось, сделала это не зря.
Когда прием перевалил за середину, началось самое интересное. Гостей попросили отойти к стене, тем самым освободив центр огромного зала. Я решила: будут танцы. Так сильно я никогда не заблуждалась.
На середину свободной площадки вышли мужчина и женщина в возрасте. Они вывели с собой молодую девушку — ровесницу Еленики. Девушка смотрела исключительно в пол, пряча лицо за распущенными волосами. Одета она была странно. Не в платье для приема, а в белую сорочку из плотной ткани.
Я заподозрила неладное и вскоре мои подозрения подтвердились самым неприятным образом.
К троице в центре зала присоединился седовласый мужчина в красных перчатках. Охотник. Похоже, важная шишка в ордене.
— Друзья, настало время главного события вечера, — произнес он. — Родители юной Актавии обратились к ордену «Искоренителей скверны» с просьбой о помощи. Актавии не повезло родиться с проклятым даром.
Толпа сочувственно загудела. Я же всматривалась в девушку.
