Причем, как выяснилось, сильная. Он окончательно убедился в этом в первую брачную ночь. Ведь он не выжег и половины ее магии.
Это открытие неприятно поразило Хастада. Он имел дело с немалым количеством ведьм. Чью-то силу выжигал, кого-то отправлял в эргастул, а некоторых, бывало, и на костер. Но ни одна на его памяти не могла сравниться по силе с Еленикой…
В дверь кабинет постучали. Хастад нахмурился. Время позднее, кому он мог понадобиться? Приглашая визитера, он надеялся, что это Еленика, но его ждало разочарование: явилась Сильда.
— Что ты хотела? — спросил он, давая понять, что не настроен на долгий диалог.
— Поговорить о твоей жене, — заявила женщина.
— Мне все равно, что вы там не поделили. Женские разборки меня не касаются.
— Но она объявила себя хозяйкой дома! — воскликнула Сильда.
— Она и есть хозяйка.
— Я — жена твоего старшего брата. А это значит, что хозяйкой должна быть я.
— Мой брат умер, теперь ты вдова. Старшей в доме считается жена главы дома, — Хастад не понимал, почему ему приходится объяснять Сильде прописные истины.
Она сама все прекрасно знает, но упорствует.
— Если бы ты женился на мне, этой проблемы бы не возникло!
Вот оно что. Она опять за старое. Этот разговор был у них сотни раз. В какой-то мере Хастад был рад, когда Глава ордена дал ему задание жениться на ведьме. Не пришлось связывать себя узами брака с Сильдой. Эта женщина никогда ему не нравилась, он не понимал, почему брат выбрал ее. Но свой долг — обеспечить вдову и ее ребенка всем необходим — он, разумеется, выполнит до конца.
— Это пустой разговор, Сильда, — отмахнулся Хастад. — Я уже женат.
— Надолго ли? — хмыкнула она.
— О чем ты?
— Да так… Просто, похоже, ты один доволен этим браком. Смотри, как бы твоя женушка не избавилась от тебя.
Напоминание о том, что Еленика его ненавидит, было болезненным. Он выгнал Сильду из кабинета, а потом еще долго мерил его шагами. Злился. На Сильду — жадную идиотку, на Еленику — проклятую ведьму, но в первую очередь на себя. За то, что думал о жене, фантазировал о ее теле.
Даже знание о том, что она — скверна, ничего не меняло. Неспособность контролировать самого себя бесила особенно сильно.
Эту ночь Хастад провел в кабинете. Спал на кушетке. Все потому, что боялся: если поднимется на второй этаж, не удержится, зайдет в спальню к жене. Пожалуй, следует вернуть дверь на место. Убрать ее было импульсивным поступком.
Утро началось с визита к Главе ордена. Монган вызвал его для разговора.
