Соблазни меня, дракон!

Именно в таком виде я и спускалась в обеденный зал, думая, что приду самой последней, пока мимо не пролетел шумный вихрь, что донес до меня запах мыла и знакомые нотки мускуса.

Притормозив у подножия лестницы, Ярракс обернулся, поднял голову и обжег меня пристальным взглядом. Затем протянул руку ладонью верх, предлагая свою помощь, но я, сделав вид, что его не существует, обошла мужчину стороной.

За спиной хриплый шепот произнес мое имя, отчего по позвоночнику пронесся предательский холодок. Ускорив шаг, я буквально влетела в зал, где за общим столом собралась вся моя семья, включая Горру и присоединившегося к ужину Леана.

- Мика, девочка моя, приехала! – подойдя ближе, Леан заключил меня в братские объятия.

- Дядюшка, - хотя он номинально и приходился мне дядей, звала я его так в шутку. Леан был младше меня на полтора года, и внешне походил на своего старшего брата. Но если при виде Яра меня всегда переполняли хаотичные эмоции, а сердце начинало биться в два раза быстрее, Леана я воспринимала спокойно, как одного из своих лучших друзей, - я тоже рада тебя видеть.

- Если только в присутствии моих подчиненных, - рассмеялся он.

Я подняла руку, собираясь потрепать парня по щеке, но в этот момент позади раздался приглушенный рык.

Руки Леана с моей талии исчезли так же быстро, как и улыбка с моих губ. Бросив на застывшую за моей спиной внушительную фигуру полный презрения взгляд, я прошла к столу и села между отцом и дедушкой Арраксом.

Слуги, получив сигнал о начале ужина, принялись разносить тарелки с супом из лягушачьих ножек и накладывать каждому куски пышущего жаром, ароматного мясного пирога, рыбные котлетки, салат из артишоков и еще кучу всевозможных блюд.

Обычно завтраки, обеды и ужины в замке проходили куда как скромнее, но к моему приезду, всегда деятельная мама Джорджи основательно заморочилась с меню.

Разрезав свой пирог, я наколола кусочек на вилку и поднесла ко рту. А стоило его вкусить, как с губ слетел еле слышный стон.

Еле слышный для всех остальных, занятых перешептываниями и пережевыванием пищи, но не для Ярракса, который, позабыв о еде, не отрывал своих синих, как чистые озера глаз от моего лица, чем невероятно нервировал.