Собственность Альфы

Но, тем не менее, невозможно было не улыбнуться тому, что ушла из ненавистного места. Больше никаких построений, жизни по распорядку, заучивания тупых правил, бесконечного восхваления нашей праведной страны и ее лидеров.

«Всегда может быть хуже», — тут же поспешила напомнить сама себе.

Оборотень подозрительно оглядел меня, словно ждал, что я могу в любой момент выкинуть какую-нибудь глупость, и я, дабы не разочаровывать его, улыбнулась самой дурной улыбкой, на какую только была способна.

Господин Хардов, как представила его деканша, на это лишь поморщился и кивнул на стоявшую рядом черную спортивную машину.

Вещей у меня с собой набрался только маленький пакет — нижнее бельё и чулки, подарок от факультета на «помолвку». Ничего из прошлой жизни брать в академию не разрешалось, а в стенах учебного заведения все считалось общим.

«Интересно, если я сейчас попытаюсь убежать, как он поступит?» — думала я, подходя к машине. Как будто у меня был выбор, садиться в нее или нет. Как будто после того, как за меня была уплачена огромная сумма в фонд академии, я действительно смогу найти хоть где-то убежище.

Даже за границей, где нет таких жестких законов, меня не спрячут. Предпочтут выдать беглянку оборотням, чем ссориться влиятельной республикой.

Немного замешкалась, и в это время оборотень галантно открыл передо мной дверь. Было видно, что он не старался показаться лучше, чем есть. Просто отточенное движение, что-то на уровне подсознания или привычки.

Вздохнув, скользнула на заднее сиденье.

Хозяйственная Академия располагалась в заповеднике, в котором полно диких зверей. С одной стороны — это преподносилось как экологически чистое место, лучшее, что могла предоставить наша страна для будущих невест, а с другой — еще один способ не дать этим самым невестам сбежать. Даже если переберешься через высоченный забор и уйдешь от охраны, то в радиусе ста километров не найдешь ни одной живой души, если не считать тигров, которые охотятся в здешних лесах.

Судя по тому, с какой скоростью пролетали мимо стволы деревьев и как меня вжало в кресло на старте, ехали мы очень быстро. Пристегнувшись, отвернулась к окну, стараясь не думать о том, что будет дальше.

— Не хочешь что-нибудь спросить? — неожиданно прервал тишину оборотень.

— И почему? — безэмоционально поинтересовался.

— Вы же сказали, что любите молчаливых, — пожала я плечами.

На самом деле вопросов миллион.