Собственность Альфы

Водить по всем необходимым мероприятиями, представлять знакомым и родственникам в качестве красивой и глупой куклы, послушной и молчаливой. Эмма тем временем будет проводить твои периодические обследования.

Он старался, чтобы голос звучал сухо и холодно, но, видимо, зверь все равно начинал порываться наружу, и девица эта чувствовала. Она больше не язвила, не дерзила. Просто вжала голову в плечи и смотрела на него своими большими испуганными глазами, напряженно сглатывая, то и дело облизывая свои розовые пухлые губки.

Словно не понимая, что только усугубляет этим свою ситуацию.

— Твоя беременность же станет пространством для шантажа. Так что этого необходимо избежать любой ценой. Через два-три года тебе выдадут заключение о твоей непригодности для вынашивания потомства, — тем временем продолжал он. — К тому времени, надеюсь, мне ширма в твоем лице больше не понадобиться. Ты будешь вольна пойти на все четыре стороны. Как ты понимаешь — все нужно держать в тайне, так как это не совсем законно.

Попытаешься проболтаться — я отправлю тебя обратно в академию и сделаю так, чтобы следующий «жених» научил тебя таки хорошим манерам и идеальному поведению. — От прозвучавшей угрозы она дернулась как от пощечины. — Ну как, я ответил на все твои вопросы?

Он криво усмехнулся, даже не думая, что она ответит. Но, похоже, что чувство самосохранения у воробушка все же отсутствовало напрочь:

— И когда вы намерены со мной переспать?

Сидеть на столе, в кольце рук оборотня было жестко, неудобно.

Я ощущала себя загнанным в капкан зверьком. Отступать некуда.

— Как ты понимаешь, все нужно держать в тайне, так как это не совсем законно. Попытаешься проболтаться — я отправлю тебя обратно в академию и сделаю так, чтобы следующий «жених» научил тебя таки хорошим манерам и идеальному поведению.

Угроза в его голосе была настоящей. Пугающей, заставляющей трепетать. Даже одна мысль об академии вызывала желание сжаться в клубок, забиться куда-нибудь в угол и жалеть себя.

«Не забывай, Даниила, ты тут не в гостях. И оборотень тебе не друг и не родственник», — напомнила сама в себе.

С другой стороны, он хотя бы честен. Прямо говорит, что ему от меня нужно, и сделка, которую предлагает, довольно справедлива. Я помогаю ему — он помогает мне. И ставки одинаково высокие для обоих.

«Не совсем законно», — он еще мягко выразился. За все, что идет вразрез с интересами республики, карают даже оборотней.