Удовольствие нутро щекочет, туманит мозг.
Отрываюсь от его губ, выгибаюсь, откидывая голову назад.
— Машшшааа… — Рус издаёт короткий стон. Придерживая за спину, он зарывается лицом мне в шею и целует горячо и влажно, медленно трахая меня.
Я плыву. Столько ощущений от секса я с ним не испытывала ни разу. Их во сто крат больше, чем когда-то. Из-за голода. От тоски. От чувств, которые до сих пор не угасли. От нашей взаимной любви.
— Машенька… родная… — рычит он, меняя амплитуду раскачивания. Слегка ускоряется, сползая губами по шее вниз.
Не заморачиваясь с платьем, грубо дёргает за лиф, оголяя налитую до боли грудь. Не успеваю пискнуть, как он ртом к сочащему молоком соску припадает. Втягивает мой запах. Всасывает сверхчувствительную вершинку, прочесывая её зубами. Содрогаюсь. Не в силах сдержать крик, выталкиваю его наружу. Задыхаюсь. Давлюсь воздухом. Схожу с ума.
Остро. Горячо. Безумно приятно.
— Ещё, господи, ещё! — кричу я, хватаясь обеими ладонями за его затылок. Острая вспышка удовольствия пронзает сосок.
Проносится сквозь всё тело горячей судорогой. Дергаюсь, а Рус с ещё большей похотью всасывает его в себя. Зубами прикусывает. Языком молоко жадно слизывает. Как безумный, терзает мою грудь, царапая щетиной воспаленную кожу.
— Божжже… Боже… Боже… — прикрывая веки, набираю высоту.
— Машшшааа… — муж устремляет на меня затопленный страстью взгляд. Двигается во мне, набирая скорость. Толчки становятся глубокими, ритмичными и чуточку болезненными. Но даже эта боль приносит удовольствие.
Жаркими волнами накатывает, распаляет, захлестывает. Мне нравится чувствовать его необузданную силу в себе. Власть над моим телом. Нравится ему подчиняться. Слезы на глазах выступают от счастья. Оттого, что я с ним испытываю. Оттого, каким он бывает горячим и одновременно нежным со мной.
Громкое и надрывное дыхание мужа опаляет лицо. Пытаюсь подстроиться под его ритм, поднимаюсь и резче опускаюсь на член. Лбом к его лбу прижимаюсь. В салоне жарко становится.
Окна запотевают. Тела горят, покрываются испаринами. Скольжу ладонями по его мокрой шее и плечам, двигаюсь… двигаюсь… двигаюсь вместе с ним…
Ещё глубже. Ещё размашистей.
До боли… До дикой дрожи, которая мышцы разбивает, по венам адреналином взмывает…
Бесконтрольные. Мокрые от пота. Абсолютно сумасшедшие. Родные. Близкие. Любимые. Дрожащие. Рычащие. Шипящие. Стонущие. Нераздельные — я и он. Бросаемся в омут с головой. Вместе, в обнимку. Срываемся.
