Тебе ли не знать? Как и то, что обстоятельства сыграли против вас обоих злую шутку.
— Боже, Дан! — вскипевшая в груди лава вырывается из меня возмущением. — Не стоит его защищать. Ни один близкий мужчина мне не причинил столько боли, сколько он! Он отрёкся от меня. Бросил на растерзание своим демонам. Вытащил из меня всю душу. Разодрал её в клочья. Уничтожил меня. Растоптал! Я едва не подохла на той больничной койке. А ты говоришь, с ним непросто. Да мне плевать, что он лидер! Это не оправдывает его! И говорить ему о том, что я жива, тоже не нужно.
Я для него умерла, когда потеряла всякую надежду стать матерью. Пусть всё так и остаётся. Он в прошлом. Моя несостоявшаяся беременность тоже. Я не хочу возвращаться в ад. Ради всего святого, Дан. Не надо. Не нужно меня губить во второй раз. Ничем хорошим это не кончится.
Продолжая упорно стоять на своём и гипнотизировать взглядом Галецкого, едва сдерживаю слезы. Приходится врать. Про наших общих с Русланом детей, тем более.
Не могу ему простить всё то зло, что он мне причинил в прошлом.
Не могу закрыть глаза на происходящее сейчас. У меня из головы не выходит другой ребёнок, которого он ждёт. Наследник от суррогатной матери, черт его подери!!!
— Как ты здесь оказался? — выдыхаю, разжимая кулаки. На ладонях пекут оставшиеся от ногтей борозды. Меня бомбит от гнева. Но я стараюсь не поддаваться истерике. — Дан, калитка была закрыта.
— Разве? — он словно приходит в себя, прекращая что-то анализировать.
— Вот только не нужно делать из меня идиотку. Смею заметить, на ней кодовый электромагнитный замок.
— Впустишь на чашку кофе? — увильнув от ответа, Дан улыбается, поправляя на мне пуховик и заботливо кутая, как маленького ребенка.
— Нет, — отсекаю, не реагируя на его заискивания.
— Чего ты боишься?
— Разве? — чеканю, не отводя взгляда. Не хочу, чтобы он заподозрил что-то неладное. Например, узнал о двойняшках. — Чего ты добиваешься, Дан?
— Я пришёл за ответами, — отвечает ровным голосом."
"— За фактами, ты хотел сказать. Он тебя послал? Он узнал меня? Да? Я сделала глупость, поехав с Миланой на переговоры, — высказавшись, отворачиваюсь так, что Дану приходится сверлить взглядом мой профиль.
— Ты всё правильно сделала, Маша. Подчинилась своей интуиции. Это должно было случиться. Он считает себя свихнувшимся от галлюцинаций психом. Думает, что ты каким-то образом воскресла. Сколько раз ты попадалась ему на глаза?
— Неважно, Дан. Это ничего не меняет. Уходи. И, пожалуйста, не рассказывай ему ничего.
