Собственность Грешника

Алекс не отдал. Я встретилась снова с ним глазами.

— Времени мало, Тая.

— Я поняла, — ответила я.

Он разжал пальцы и равнодушно смотрел, как я убираю визитку в сумочку.

— И кстати, ты уволена с должности главного дизайнера, — услышала я и бросила застежки сумочки.

Медленно подняла на него глаза.

— Даже так? Почему? — вскинулась я. — Потому что спать с тобой не хочу?

— Нет, конечно, — усмехнулся он. — Извини, но я не могу оставить жену преступника вблизи себя. На работе. В понедельник можешь забрать расчёт.

— Понятно, — кивнула я, чувствуя, как к горлу подкатывает истерика. — Спасибо, что помог. Друг.

— Помощь я тебе предложил, — ответил он. — Ты сама отказалась. Так чего от меня опять хочешь? Может, мне твоего Пашу ещё усыновить и решать все его проблемы?

— Это не помощь, — тусклым голосом отозвалась я, понимая, как тают последние надежды спасти супруга, семью и имущество… Только если я не решусь всё же на наглый обман, но не уверена, что смогу заставить его сначала отдать деньги, а потом выкрутиться.

— Не мы такие, мир такой, — съязвил Алекс. — Чего ради я должен скакать ради вас?

— Не должен, конечно, — горько усмехнулась я.

И как я раньше думала, что он может быть человеком? Это машина для зарабатывания денег и поиска выгоды.

— Ну и всё. Ты всё сказала? Мне работать надо, — он взялся за трубку телефона и набрал чей-то номер. — Несите материал по проекту. Ещё утром просил.

Закинула сумку на плечо и, не прощаясь, вышла из его кабинета. Закрыла дверь и привалилась к стене, пытаясь побороть слёзы и нервную дрожь. Есть всего несколько дней, чтобы найти эти деньги. Меня уже уволили, и ни одна серьезная организация не возьмёт на работу с таким пятном на репутации. Ксюша будет очень страдать, а мы останемся без имущества. Самым лучшим решением было бы тормознуть дело на начальной стадии… Но я просто не могу пойти на то, что требует от меня Алекс за свою помощь.

— Можно? — скреблась мышкой секретарь, которая задержала отчёт.

— Я, вообще-то, тебя и жду! — рявкнул я. — Неси.

Она пробежала по кабинету и положила папку возле меня. Запыхалась, малыш. Грудь вон как вздымается и опускается обратно. Успела за две минуты. Осталось только ей сахарок в розовый рот вставить…

— Почему долго так? — нахмурился я, открывая папку.