Собственность сводного брата

Она вдруг обнимает меня и шепчет в ухо:

— Я очень тебя люблю. — Обнимаю ее крепче, вжимая в себя и видя, как скрипят зубы Яра, как сжимаются его кулаки. — Но я всегда выбирала его. И всегда буду.

— Ну хватит. — Яр буквально выдергивает из моих рук Миру и снова протягивает мне документ. Я почти не читаю. Лихо расписываюсь, чувствуя ком в груди, чувствуя, как трещит по швам дружба.

Я навсегда запомню ее такой и буду желать счастья. Но не уверен, что оно будет с ним. Больно на его клетке широкие прутья.

— Мы еще увидимся.

— говорит Яр. — Я тоже подал заявление в Канаду. И меня взяли.

Еще бы лучшего игрока не взяли.

И в этот момент я решаю, что в Канаде моей ноги не будет. Не собираюсь смотреть на их счастье.

— Ладно, там и увидимся, — натягиваю маску и поднимаю сумку. — Счастья вам, ребята.

Они кивают, тянутся к друг другу и провожают меня взглядами. А я поджимаю губы и только надеюсь, что когда-нибудь смогу думать о них без тлеющей, как угли, обиды.

Эпилог. Много лет спустя

— Давай поженимся? – расческа замирает в руке, и я перевожу взгляд на Яра, который лежит полуобнаженный и смотрит как я расчесываю волосы.

Вернее, делала это.

— Привет. А познакомиться не хочешь? Мы так-то женаты лет двадцать? Пожалуй внуки скоро пойдут.

Яр подскакивает, демонстрируя совершенство тела и наклоняется ко мне, смотрит через зеркало. Гипнотизирует взглядом, запахом геля после бриться. С ума по нему схожу.

Пальцы Яра собирают мои волосы в хвост, тянут. Запрокидывая мою голову. Его губы прижимаются к пульсирующей венке.

И я ощущаю легкое давление, перерастающее в боль. Он ставит мне засос, который ярким пятном горит на белой коже.

— Животное, — поднимаю я руки, потянув его за волосы. Хочу его. Всегда его хочу. Он двигает мои крема, духи, не обращая внимание на мое ворчание и наклоняет меня вперед, ласково проводя по шелку сорочки.

— До сих пор не могу смириться с тем, что с Ником у тебя была свадьба, а нас позорно расписали в пригороде Москвы.

— Почему позорно, — задыхаюсь я, пока его пальцы задирают мне подол.

Гладят лодыжки, бедра. – Было очень мило. И родители нас быстро простили. Праздник устроили.

— Хочу по — настоящему. Венчаться хочу.

— От твоего хочу по телу дрожь.

— Хочу, хочу, хочу, — шепчет он мне в ухо, касаясь ягодиц, стискивая их сильнее. Столько лет вместе. Я все жду, что страсть утихнет. Но каждый раз Ярослав опровергает статьи о браке, которые я читала. Вот оно, то самое исключение. Трется об меня, готовый вот-вот ворваться, но я не даю.