Собственность тирана

– Ты что устроила? – неожиданно слышу знакомый голос. Очень недовольный. Даже злой.

Папа. Слава Богу! Он сам нашел меня.

– Папуля! – бросаюсь к нему. Моей радости нет предела.

Но он делает шаг назад. Мотает головой.

– Что ты устроила? – снова спрашивает.

До меня только теперь доходит, как он зол.

– Ты о чем вообще? – непонимающе смотрю на родного человека.

– Я так и знал, что ты найдешь способ сбежать! – недовольно выплевывает мой отец.

Даже слов подобрать не могу. Мир переворачивается с ног на голову. Забываю от кого и зачем бежала.

– Пап, меня похитили! Он делал… делал ужасные вещи со мной! – воздуха буквально не хватает. Дышать нечем и тошнит.

– Не ври! Я все видел!

Перед глазами вдруг встают кадры моих унижений. Неужели, папа видел этот ужас?

– Впервые вижу, чтобы похитителям так мило улыбались! – рявкает отец. – Не припомню, чтобы жертв привозили на мероприятия, типа этого!

– Все не так! – мой голос почти переходит в истерический рев. Папа из тех людей, кого невозможно переубедить. Сейчас он поверил в сладкую картинку Кира, ведь я действительно отлично отыграла.

– А как? Я старался для тебя! Все, что делал, было для тебя! Мне казалось, из отеля ты должна была выйти другим человеком! Но ты сбежала, как только представилась возможность! Ты ослушалась меня!

– Все не так! – не знаю, как заставить отца поверить. Я не виновата. Я не сбегала. Я, честно, изо всех сил старалась делать, как он говорит: драила полы и унитазы, хотя раньше ни разу не держала в руках тряпку.

Мне пришлось переступить через себя.

Потом стало чуть легче, но я не оставляла надежды, что отец с братом заберут меня очень скоро.

– Не утруждайся! Дима рассказал мне все! Как ты сбежала с Черновым, стоило ему появиться в вашем отеле!

– Он выкрал меня, пап! Он меня насиловал! – плачу, потому что это все, что мне остается.

Тяну к папе руки, но он отталкивает меня.

– Если бы Чернов тебя насиловал, ты бы не жалась к нему сегодня, как мартовская кошка! – отец краснеет еще сильнее.

Он зол. Очень. Нет. Его одолевает настоящая жгучая ярость. Папа не верит ни единому моему слову. Зато беспрекословно поверил в историю Дмитрия Владимировича, хозяина отеля, позволившего всему случиться прямо у него под носом.

– Я докажу! – умоляю.