Сжимал губы в тонкую линию, ерошил волосы, хотя они были безупречно причесаны… Переминался с ноги на ногу. Места себе не находил. Ждал, когда я выхвачу расписку из его рук и свалю подальше…
— Спасибо тебе большое.
— Может, расскажешь, зачем тебе были нужны деньги?
— Это уже неважно, Тимур.
Конечно, неважно. Какая ему разница? Я не представляю для этого шикарного молодого мужчины никакого интереса. Он даже не попросил прощального поцелуя — чопорно отпустил меня на рабочее место и вернулся к бумагам.
И я теперь не знаю, что меня бесит больше — его мнимое равнодушие или долгожданная свобода, что он подарил?
— Да нечего рассказывать, мамуль. Все в прошлом, — вздыхаю я, вырывая себя из омута воспоминаний.
Стрельбицкий-старший просит меня остаться еще на несколько дней — помочь Наташе выбрать для публикации тексты начинающих авторов. Именно в этот момент мне приходит идея показать свой текст. Я и псевдоним придумала — Лора Брикман. Распечатываю несколько глав и с непринужденным видом кладу ей на стол.
— А это что, Крис? — устало вздыхает Наташа.
— Это… еще один кандидат на публикацию. Наташ, я пойду пообедаю, ладно?
Я не сказала маме о еще одном страшном подозрении… У меня задержка. Всего пять дней, но раньше такого никогда не было! Вместо тошноты я испытываю сильный голод. И на обед я хожу два раза — ко всеобщему удивлению.
— Иди, обжора, — улыбается она. — Я тебе завидую, Кристина. Ты ведьма! Столько ешь и не толстеешь.
Я глуповато улыбаюсь и киваю в ответ.
Ведь знала же, что такое может случиться? Знала, но все равно понадеялась на удачу. Одинцов не просто шикарный мужик, он еще и обладатель стойких живчиков. Иначе, как объяснить тот факт, что я залетела в безопасные дни? Не иначе, они терпеливо ждали, когда моя яйцеклетка созреет, чтобы наброситься на нее.
В полной задумчивости я бреду по коридору к лифту, но останавливаюсь, заслышав знакомые голоса. Марк разговаривает с Тимуром в его кабинете. И разговор, похоже, обо мне…
В коридоре пусто — время обеденного перерыва.
На цыпочках подхожу ближе и прислушиваюсь к их разговору.
— Ты не знаешь, о чем говоришь, Марк! И лезешь не в свое дело! Она грязная потаскуха, дешевка, готовая за деньги лечь под любого! — возбужденно произносит Тимур. — С такой женщиной нельзя создавать семью. Она предаст сразу, как начнутся трудности…"
"Вот так, значит? Это он обо мне так? Конечно, а о ком еще?
— Смотри сам, Тим.
