Содержанка. Книга 2

Мстила за то, что не попала на Игры, за свой лишний вес, за неудачи, за разлуку. Я добивалась боли в его глазах, как Демид сейчас добивается своего, используя любые способы. Только вот Демиду три и он пока не понял, как правильно. А мне было двадцать три. Вытираю щеки. Демида нужно любить сильно. Меня тогда тоже нужно было любить, я нуждалась в этом, и все мое плохое поведение оттуда.

Мы все нуждаемся в безусловной любви, и чем сильнее чудим, тем сильнее эта потребность.

Когда мы с Алексом помирились, он написал: «Уже много лет я работаю без выходных и праздников, чтобы стать успешным.

Я думал, это необходимо, чтобы сохранить семью, но моя занятость как раз и стала причиной потери. Теперь я все понял. Я хочу прожить свою жизнь. Именно прожить. Работая, но и любя свою женщину. Не время от времени, а каждый день. Бешено любя. Ее и наших детей».

***

Утром мы просыпаемся как обычно... вчетвером! Братья хоть и постоянно препираются, соперничают друг с другом, но по сути своей являются бандой: если один проснулся среди ночи и решил двинуть в сторону родительской спальни, непременно растолкает второго, позовет с собой.

Атакуют они группой по предварительному сговору.

Алекс лежит на левом краю, я — на правом. Посередине двое детей. Я подтягиваюсь на подушке, смотрю на эту картину и смеюсь. Он тоже присаживается, проверяет время.

— Надо собираться, — говорит тихо. — А то встанем в пробки.

Киваю.

— Ты, я, дети и ноль телефонов. На целых три дня! Не верится.

Он подтверждает:

— Именно.

Я так сильно радуюсь, что слов не могу подобрать. Ликую в душе!

— Алекс, — окликаю.

— М?

Ну что еще тут скажешь?

— Я люблю тебя.

Он улыбается шире:

— Всегда.

— Что всегда?

— Всегда люблю тебя, малыш. Дёма-а-а, — тянет. — Вот развалился, а? Ты посмотри. Пять лет мужику, а он с папкой спит, — шепчет Алекс, но как-то мягко, словно не в укор.

Демьян сонно обнимает отца за шею, а у меня сердечко сжимается. Потрясающее утро. Такое же, как и другие в нашей жизни, но при этом каждое из них — особенное.

Наверное, наша история — это скорее исключение из правил, да и не сказать, что она завидная. Развелись, чтобы через два года вновь пожениться. Причинили друг другу море боли, изорвали сердца в клочья, чтобы потом всю жизнь зализывать раны.

Неудачливая гимнастки и гиперактивный гений. Должно быть, мы слишком сложные оба, чтобы сделать хорошо с первого раза. Но при этом достаточно смелые и упорные, чтобы продолжать бороться. И работать над собой.