Минуты нет свободной! Тогда как у меня — вагон и три тележки!
— Ты можешь устроиться на работу, — сухо перебивает мама, не ведясь на провокацию. — Как и собиралась."
"Набираю в грудь побольше воздуха, чтобы продолжить защищаться, но затем осекаюсь. Она, конечно, права. Но мне так хочется… так сильно хочется полететь с ним! А не работать остаток лета официанткой в полном одиночестве.
— Ива будет работать, я найду чем ей заняться, — обещает Алекс. — По поводу безопасности не переживайте, пожалуйста. Я всё возьму на себя.
Действительно, сейчас такая ситуация, что я живу на две страны, командировки длительные. И Иве, и вам нелегко. За это прошу прощения.
— Почему тогда не вести бизнес здесь? — психует мама.
— Недостаточно солнечного света, — отвечает он. — У меня там совсем никого нет, а Иве я доверяю. Она приезжала ко мне в больницу, я ценю такие поступки.
— Не знаю, ребята. Торопитесь вы.
Мама поднимается из-за стола и начинает собирать тарелки, я подскакиваю и помогаю.
Наедине мы с Алексом оказываемся только через час, наполненный молчанием и горестными вздохами.
— Она меня и в Москву тяжело отпускала, — говорю, пристегиваясь. Алекс заводит движок машины. — Вроде бы всё решили, а на вокзале мама плакала так, что сердце рвалось. Хоть мы и живем давно раздельно, очень привязаны друг к другу. Особенно она ко мне. У меня была гимнастика, а у нее — я.
— Я ей не понравился? — спрашивает Алекс спокойно. Без каких-то эмоций, просто как данность, с которой приходится смириться. — Нужно было одеться официальнее? Я, честно говоря, собирался, приготовил даже, но замотался и забыл.
— Нет, ну что ты! Десять утра, не нужно никаких галстуков. Напротив, мама хорошо отреагировала. Вчера было хуже. Вчера она уже нарисовала себе картинки, как ты продаешь меня австралийским аборигенам в рабство. Или что меня кусают скорпионы. Или просто сам в удовольствие мучаешь.
Алекс скупо улыбается, машина трогается. Он как всегда ведет спокойно, полностью сконцентрировавшись на процессе. Я откидываюсь в удобном кресле.
На светофоре он машинально трет висок, смотрит перед собой, но я понимаю, что в его голове сейчас миллион мыслей. К тому, как быстро Алекс меняет тему, я уже успела привыкнуть. Или так кажется?
— У нас фильм в два часа только. Я думал, мы посидим подольше, забронировал более позднее время.
— Это мама, прости, — пожимаю плечами. — Я пока не голодная, но, если ты хочешь, можем пообедать где-нибудь. Или… погулять?
— Я хочу тебя. — Он стреляет глазами.
