Соединенные Штаты России 2

Практически обычной европеоидной внешности. Ну, может, росточком чуть побольше.

— Метра два в дяденьке есть, — тихо прошептал невысокий Кот.

Несколько мгновений изображение оставалось неподвижным, а потом довольно медленно, так, чтобы глаз улавливал изменения во внешности, начало меняться. Секунд через тридцать перед ними стояла точная копия Скрипа с чемоданчиком в руке.

Этот иллюзорный Скрип внимательно посмотрел на свой прототип. Бордовый занавес в это время, превратился в абсолютно точное изображение помещения, где они все стояли.

Дубль Скрипа поднял чемоданчик и показал его оригиналу, а потом подошел к левой стене, из которой немедленно выдвинулась полочка, и положил дипломат туда.

Затем, открыл крышку и отошел в сторону.

— Липа, дорогие товарищи! — Скрип нервно прижал к себе настоящий ноут.

Внутренности фантомного чемоданчика и в правду отличались. Даже экран был овальный, но, суть уловили все.

— Это на что он намекает? Не-не-не! — Скрип даже попятился к выходу, но потом опомнился и, глядя на своих, убежденно сказал: — А если спалит!?

Тот же голос, который пытался разговаривать с ними раньше, на языке ацтеков достаточно чисто сказал:

На Скрипа было жалко смотреть.

Остаться без ноута для него было все равно, что потерять часть себя. Задрот посмотрел на него с сочувствием и тихо сказал:

— Слышь… Ну один же на двоих останется, если что…

Еще несколько секунд Задрот жалобно смотрел на товарища, отводящего глаза. Рим вмешиваться не стал: парень и сам понимает, что сделать это придется.

Наконец, поняв, что никто ему в этой ситуации не поможет, Скрип выматерился так, что у Цинка удивленно поднялась бровь. Потом синеглазка подошел к стене, откуда немедленно выдвинулась необходимая полочка, поставил на нее ноут, открыл его и нажал запуск.

На экране ноута с бешеной скоростью заскакали какие-то кривые, мгновенно менялись графики, периодически всплывали цифровые таблицы, а иногда возникали странные картинки, больше всего похожие на QR-код, только не монохромные, а с пятнами разных цветов.

Все это сливалось в какую-то рябящую и мерцающую хрень, которая раздражала зрение.

Кот отвернулся от экрана со словами:

Разумовский почувствовал, как заслезились глаза. В это время Скрип удивленно присвистнул и удивленно сказал:

— Нихера себе у него скорость. Он уже больше половины вытянул!

— А ждать-то еще сколько? — спросил Цинк, когда прошло минуты три-четыре, и все уже вдосталь налюбовались на разноцветное мельтешение.