Соединенные Штаты России 2

Разумовский молчал, не слишком понимая, что ответить местечковому патриоту, а сеньор Кардоса, принимая его молчание за согласие, ощущал в душе удивительную гордость.

«Редко, когда удается поговорить с умным человеком, но смотри-ка, хоть и прибыл из просвещенной страны, но ведь не возражает, молчит! Значит, признает мою правоту!»

Раньше жизнь не ставила перед капитаном Кардосса такие вопросы, и сейчас, даже не зная слово «сноб», он ощутил в груди то самое, жгучее, чувство собственной значимости, делающее его на голову выше большей части людей мира.

За ужином, разлив на всю толпу литра полтора вина, аккуратно забыв при этом налить старшему Кардоса, Рим поднял пост, который сказал дважды. Один раз на испанском, понятное всем: «За нашу удачу!». Второй раз, уже на русском и только для своих: «Ну, с приехалом, ребята!».

Постепенно круг у костра распался на отдельные группы. Дзю, которого Фифа взяла в оборот, таскал и грел ей на костре воду — ждать до завтра она категорически не хотела.

Капитан вместе с братом, тихонько переговаривались о своем, обсуждая домашние долги и проблемы. Лаго, даже, с тоской думал, что оставил бы старшего брата на воспитание еще на пару рейсов. Трезвый Бланко был совсем другим человеком.

Матросы, которым неловко было сидеть рядом с капитанами, устраивались спать, пока было время — завтра с утра надо будет смотреть в оба, вдруг кому-то из них повезет, и именно в это рейсе, они, наконец-то, разбогатеют?

Русские сидели ближе всех к костру, и слушали Рима.

В общем-то, эти разговоры, продолжались с небольшими перерывами весь путь до Америки. Что мог, что помнил из своего юношеского увлечения, Андрей уже все рассказал. Но почти всегда возникали какие-то мелкие вопросы, которые приходилось обмысливать на ходу.

— Вы поймите, ребята, я же не историк. Да и не был фанатиком. Так, почитывал кое-что, картиночки в инете смотрел… Да, честно можно сказать — по верхушкам нахватался. В любом случае, систему мы ломать не будем, я уже говорил, повторюсь еще раз — придется присутствовать на казнях, морду держать кирпичом.

Слабаков ацтеки не любят. Нас слишком мало, чтобы ломать систему, а вот погнуть ее изнутри в нужную нам сторону, мы очень постараемся.

— Ладно Рим, не переживай, не боги горшки обжигают, — ухмыльнулся «синеглазка».

Рим с тоской взглянул на молодого парня, который сейчас, пользуясь отсутствием чужаков, пялился в сторону моря своими невозможными глазами.