Светлая футболка, темно — голубые джинсы, слегка взлохмаченные темные волосы и притягательные ярко — васильковые глаза — эдакая нарочитая небрежность в облике юноши просто кричала о сексуальности.
Не отводя от меня буквально полыхающего страстью взора, Михаил широко улыбнулся и волнующим голосом произнес:
— Шикарно выглядите, девочки.
Чувствуя, как по телу волнами пробежало возбуждение, медленно вдохнула и выдохнула. Моя собственная реакция предельно прозрачно говорила о сильном влечении к парню. Разум взрослой женщины уже так привычно начал уступать место желаниям юного тела.
— Привет. Ты тоже ничего, — пробормотала Катя, выходя из — за моей спины. Самостоятельно открыв дверцу автомобиля, она рыбкой нырнула на заднее сидение.
Неторопливо подойдя, Миша приобнял меня за талию. Заглянув в глаза, хрипловатым от сдерживаемого желания голосом шепнул на ушко:
— Я в норме. Продолжим сегодня то, что не успели вчера?
Да как так — то?!
На меня словно ушат холодной воды вылили. Услышать хотелось совсем не это.
Миша всего одной фразой вновь продемонстрировал свой лютый эгоизм.
Кашлянув, скупо улыбнулась и обронила:
— Посмотрим по ситуации.
В глазах юноши мелькнула растерянность, а после недоумение и какой — то опасный блеск.
— Ну да, у нас всегда все решаешь ты, — хмыкнул Михаил многозначительно. — Даже «спасибо» за вчерашнее не сказала.
— Спасибо, — отчеканила ледяным тоном."
"Видимо поняв, что свернул куда — то не туда, парень примирительно улыбнулся. Ласково проведя тыльной стороной ладони по моей щеке, тихонечко произнес:
— Сам не свой.
Ты сводишь с ума, девочка.
— Вижу, — усмехнулась я. — Поехали?
Загадочно улыбнувшись, Миша помог мне сесть в автомобиль. А потом медленно поцеловал в уголок губ и нежно произнес:
— Люблю тебя.
На заднем сиденье тихонько вздохнула от умиления Катенька. Не обращая на девушку внимания, княжич сел на водительское место, аккуратно закрыл дверь. Через пару мгновений двигатель взревел, и ярко — красный спортивный автомобиль помчался по дороге.
За все время пути подруга не промолвила ни словечка. Впрочем, и мы с Мишей особой разговорчивостью не отличались. Каждый думал о чем — то своем.
Привычно захватив в плен мою ладонь, любимый лишь изредка поглядывал на меня. Плескающуюся в его взоре эмоцию, увы, определить не удалось: это была убойная смесь всего и сразу.
Поездка подошла к завершению. Проехав вдоль высоченного беломраморного забора, Михаил остановился у кованых ворот.
