Но Вальдемар, а ты подумал, как на твой союз с Генрихом Львом посмотрит император Фридрих [2]? Генрих и Фридрих насколько мне известно земли оспаривают, - я хотела понять решение мужа.
- Да, мы вели переписку с императором. Он хочет моей поддержки в борьбе с папой[3] и я согласился, а он в ответ временно не трогает Генриха, - муж наудивление был спокойным.
- И ты пойдешь против папы? - удивилась.
- Уже пошел. Данам нужен свой архиепископ, знающий и понимающий местные традиции, особенности простого люда живущего в моем королевстве, а не тот что назначен папой и не желающий понимать происходящее вокруг.
Папский архиепископ создает только проблемы для меня и отсылает все церковные деньги в Рим.
Я молча смотрела на мужа и размышляла.
- Ты не думал над тем, что можешь как и Фридрих, быть отлучен от церкви?
- Там два папы, пусть между собой разберутся[4].
- Когда ты собираешься в поход?
- Будущей весной, как только встанут дороги, - муж внимательно смотрел на меня.
- Что тебя беспокоит, Сонька? - добавил.
- Ты подумал о том, что буден с нами, если с тобой что-то случится? - высказала то, о чем думала.
- Нас заклюют, я боюсь даже думать. что будет с детьми, - я смотрела не отрываясь в родной муррин.
- В этом ты права, надо этот вопрос решать. Мы обсудим с Абсолоном это.
Сказав это муж притянул меня к себе, после прошлого нашего разговора он вернулся на наше общее ложе.
Еще зимой до наступления Рождества Господня, стало известно о смерти младшей дочери герцога Генриха Льва[5].
Муж отправил герцогу послание, что он и наш сын Кнуд скорбят о столь печальном известие. В этом же послании он предложил продлить договор, и взять в невесты сыну старшую дочь Генриха, Гертруду[6], которая к тому времени стала уже вдовой и была старше на восемь лет.
Муж не стал меня слушать, хотя я была недовольна его решением. Возможно он надеялся, на то что до свадьбы сына ещё очень далеко и многое может измениться, а вот союзника в борьбе с венедами он получит уже сейчас.
А когда пришла весна муж вместе с Абсолоном отправился в очередной свой поход[7]. К моему удивлению он оставил не мало воинов в Роскилле, чтобы город мог противостоять вольным викингам или небольшому отряду воинов.
Ещё больше меня поразило, что епископ пошёл в поход в воинском облачении, при нем был шлем и оружие, было очевидно он собрался сражаться[8]. Ровесник мужа он был крепок в плечах и высок, и здоровьем не обделён, ему бы быть хорошим воином.
