Согрей моё сердце

Мычу, кусаю за губу, даже бью по плечам. Но мне нравится поцелуй. Нравится жар, поднимающийся откуда-то снизу. Нравится это лёгкое головокружение и желание. Всё-таки Софи была права: поцелуи совсем не противные. Орион мягко тянет на себя, и я оказываюсь на его коленях. Совершенно не обращаю на это внимание. Отвечаю на поцелуй, сталкиваюсь с его языком, зарываюсь в волнистые волосы. Даже тяну их. А он гладит спину и плавно перемещает руки к пояснице. Совсем наглеет и, сжимая ягодицы, тянет ещё ближе, ещё теснее к себе.

Упираюсь промежностью в каменное препятствие и с шумом прерываю нас, возмущённо смотря.

– Видишь, как сильно я скучал по тебе, моя королева, – мурлычит Орион и ёрзает подо мной, задевая какие-то неизведанные точки.

Меня почти подбрасывает. Ладони потеют, дыхание учащается, и непонятно: хочу ли я, чтобы он не прекращал, или мне не нравится и нужно отсесть? Как назло, вспоминаю массажиста. Он тоже куда-то там нажимал.

Орион опять тянется к губам и задевает особо чувствительное место. Я вскрикиваю от неожиданности и, оттолкнув, съезжаю с колен.

Неловко перебираюсь на соседнее кресло и стараюсь не смотреть на мужчину. Просто нужно восстановить дыхание.

– Ты никогда не получала такого рода удовольствие? – тихо спрашивает жених.

– Какого рода? – щёки горят.

Орион медленно осматривает меня и останавливается взглядом на промежности. Дыхание от возмущения перехватывает. Сжимаю кулаки и отворачиваюсь.

– Неужели сама себя не изучала? – мягко мурлычит Орион и, пересев ближе ко мне, обнимает.

Дёргаюсь, скидываю его конечности и отсаживаюсь. Но куда там! Альфардец просто так не сдаётся и зажимает к корпусу. – Тише, Ваше Величество, я вас не обижу.

– Это невежливо – обсуждать интимные вопросы, – бормочу.

– В обществе, а наедине – вполне подходящая тема. Тем более мы будущие муж и жена, – Орион зарывается в волосы и ласкает дыханием ушко: – Хочешь, помогу тебе снять это пульсирующее напряжение.

– Отсядь! – возмущённо отпихиваю его и сама пересаживаюсь. Даже Бластера перетаскиваю на себя, отчего кот недоумённо просыпается и сонно ворчит.

Откуда этот озабоченный развратитель вообще знает о том, что со мной творится? Хмуро смотрю на Ориона, а мужчина совершенно не выглядит расстроенным. Улыбается как-то ласково, не иронично.

– Мы будущие муж и жена, только на бумаге. Моя спальня – закрытая территория, – вношу ясность, чтобы не рассчитывал ни на что!

– Ты можешь приходить в мою спальню и оставаться там, – усмехается альфардец.