Согрей моё сердце

А без сокращения пути добираться до Сеата ещё дольше! Я не хочу, чтобы мои малыши подвергались стрессу с рождения!

Замолкнув, прикрываю живот ладонями и громко всхлипываю. Сириус медленно опускает взгляд на мои руки у живота и хмыкает.

– Ты беременна, малыш?

– Угу, только не сказала ещё никому. Вот ты первый узнал, – шмыгаю носом. В груди щемит от ужасной боли, разочарования и возможного расставания. Лучше бы он был просто наёмником. Или я просто военврачом.

– Поздравляю, кто счастливчик? – грустно улыбается сеатец.

– Сир, не отвлекайся от темы. Скажи что-нибудь? Я ведь права?

– Права, – соглашается с усмешкой на губах варвар доморощенный. Вызывая новый виток слёз. – Во всём права. Не стоит тебе трое суток лететь ко мне. И я не хочу расставаться с тобой надолго. Хочу быть твоим мужем и нести этот крест каждый день.

– Иди в Бездну! – огрызаюсь и отключаю связь. Всхлипываю громко и швыряю гаджет в стену.

Выскочив из кабинета, иду к себе. Очень хочется вдоволь проораться, уткнувшись в подушку.

Возможно, позже я найду альтернативный выход из положения. А может быть, Сириус придумает что-то. Но сейчас очень обидно, что он не оценил всю трагичность ситуации, не проникся и всё перевёл в шутку.

Хлопнув от злости дверь в спальню, падаю на кровать. Обнимаю подушку и не кричу. Как-то не хочется уже. Лишь носом шмыгаю и смотрю в окно. И чего я вообще сырость развела на ровном месте? Ко мне заходит Процион. Скидывает боты и, взобравшись поближе, обнимает со спины. Укладывает ладонь на живот, и я замираю.

Интересно, почувствует? Вряд ли, конечно, там даже сердце не бьётся. А у минтакийца хоть и большие уши, но не эхолокаторы.

– Ты точно в порядке? – тихо спрашивает, поглаживая большим пальцем живот.

– Да, просто захотелось погрустить, – пожимаю плечами, переплетая наши пальцы.

– Угу, сеатец один. Вот увижу его, отстрелю голову. Всё равно там мозгов нет, – бурчу и переворачиваюсь лицом к мужу.

Процион усмехается и обнимает крепко-крепко. Зарываюсь носом в шею, туда, где краснеет шрам от моих зубов.

До сих пор не прошёл. И глубоко вдыхаю его запах, разгоняя мурашки по коже мужчины. Он так приятно гладит по пояснице. Мы долго лежим в обнимку. Просто молчим. И я, успокоившись окончательно, уплываю в спокойный безмятежный сон. Где в чистом поле, среди табуна диких пегасов, в клетчатой рубашке, засучив рукава, стоит один здоровяк, согревший моё сердце.

Просыпаюсь от ласковых поцелуев. Мычу, сонно улыбаюсь, зарываясь в жёсткие волосы.