Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

И со спины тоже, как Макака в прошлый раз. А вот ночью, скорее всего нападут. Пока спать буду. Хотя… я на втором ярусе место занял, для них не так удобно.

Валера этот бегемот конкретный, если навалится, я и не пикну. Но, поскольку койка наверху, наваливаться несподручно. Значит, могут дать по чайнику. Оглоушат спящего и привет. А могут просто заточку воткнуть. Макака же пытался в прошлый раз. Я, конечно, постараюсь не спать, да только им особо торопиться некуда. Я здесь, похоже, надолго. Так что ночь не посплю, вторую, а там…

Значит… значит надо самому что-то делать.

Что только, интересно? Глотки им перегрызть и сказать, что они типа сами?

— Ну, — подмигнул Гапон, — чего натворил-то? Опять ничего?

— Опять, — усмехнулся я.

— Хорошо за тебя взялись, — покачал он головой. — Значит, будут ломать. Ну, чтоб ты раскрутился, сечёшь? Раскололся, значит. А они такие штуки творят, мама дорогая. Кодексом по темени херачат, лупят по-чёрному, током е**шат, хрящи на ушах ломают, опускают на раз. Ручку от швабры в очко забьют тебе, на что угодно согласишься.

Валера слушал с улыбкой. Наверное, такие разговоры доставляли ему удовольствие. Он здесь на сегодняшний день был самым опасным, судя по всему. До этого главным бойцом считался, вероятно, Султан. Значит, нужно вырубать и подчинять Валеру. Метла и Макака хоть и не представляли из себя ничего особенного, но в коллективном замесе тоже были опасны. Макака мог и подкрасться, как в прошлый раз…

На душе было хреново. Не из-за подобных разговоров, хотя эти уроды-сокамерники бесили и совсем мне не нравились.

Я даже и не слушал толком их тупые речи. Мысли крутились вокруг Зои. Разум отказывался верить в то, что случилось и закипала злость, гнев и ярость.

До отбоя ничего не произошло. Да и после — тоже. Я влез на шконку и закрыл глаза. Попёрла химия. Мелатонин пришёл, кортизол ушёл, спать захотелось. Появилась апатия, глаза стали склеиваться, а руки и ноги налились тяжестью. Я даже вырубился на мгновенье, но тут же представил Сомова.

И сразу взбодрился.

Сука. Нахера он приходил в институт? Что вынюхивал? Помириться, блин хотел. Мирись-мирись и больше не дерись, сука! А потом всё вот это.

Так и шло — я то проваливался в глубокую дремоту, то находил в себе силы взбодриться. То проваливался, то всплывал на поверхность и вдруг… Не услышал, а скорее, почувствовал. Будто кто-то толкнул и шепнул в самое ухо: «Гриша!»

Я открыл глаза, резко выбросил руку и схватил Макаку за ухо. Второй рукой я готовился отбить возможный удар.